Читаем Рыжая с камерой: дневники военкора полностью

Я пришла записывать с ней интервью, а спустя некоторое время обрела в ее лице надежную подругу. «Клеопатре» пришлось повидать многое — она, хрупкая дюймовочка, вытаскивала на своих плечах наших раненых ребят из самого пекла, она выбивала бойцам лекарства в госпиталях, вместе с ней мы записывали обращение о сборе финансовой помощи двум раненым — «Кощею» и «Индейцу». Мы с ней похожи по характеру — обе «пацанки», прямолинейные и даже иногда резкие.

— Я помню как укропы херачили по больнице Калинина в августе 2014. Я спала, потом от грохота проснулась и давай не прятаться, нет, а судорожно одеваться. Прибежал мой охранник и хотел меня силком вытащить из комнаты, но я долго упиралась — надо было надеть красивое белье на всякий случай. Если убьет, нужно ж быть красивой, — смеется «Клеопатра», вспоминая день очередного обстрела. Эта ее фраза о красивом белье настолько врезалась в память, что я сама (черный юмор!) стала следовать этому правилу.

Мы с «Клеопатрой» будем потом сидеть в кафешках, посетим спа-салон, сыграем в «Танчики» на компе и погуляем на ее дне рождения. Затем она станет начмедом 9-го полка и уедет на юг, и я приеду навестить ее в апреле 2015. А потом «Клеопатру», сильную и неприступную, сразит настоящая любовь. И тот самый, единственный, с которым она служила плечом к плечу, заберет ее из лап войны и увезет в Москву и она обретет, наконец, заслуженное личное счастье...


Освобожденный аэропорт

Я помню этот пасмурный, холодный январский день, когда объявили, что аэропорт зачищен от «киборгов». Тогда, сразу после пресс-конференции или какого-то другого паркетного мероприятия, Александр Захарченко предложил журналистам проехаться в аэропорт. Эту идею я приняла с воодушевлением. «Батя» любил неожиданные, незапланированные поездки, чем каждый раз доводил до сумасшествия свою личную охрану.

Когда мы приехали журналисткой гурьбой на Октябрьский и пешком выдвинулись к печально известной девятиэтажке, со стороны аэропорта еще слышались звуки боя — работала артиллерия. И наша, и вражеская. Встревоженные ополченцы с оружием то и дело бегали туда-сюда, привозили раненых, здесь же их перевязывали.

 Все происходящее казалось нереальным — будто кадры какого-то кинофильма о войне.

— Девчонки остаются здесь, а ребята едут со мной в аэропорт на броне, — скомандовал Захарченко.

Я немного расстроилась, глядя, как Саша и остальные ребята рассаживаются на броне, но приказы Первого не обсуждаются. Не помню уже точно, сколько нас осталось куковать у девятки — трое или четверо девчат.

Я разговорилась с бойцами, они были очень уставшими, но на каком-то бешеном адреналине — еще бы, ведь их руками вершилась история. Казавшийся неприступным форт, напичканный украинскими «хероями», наконец, пал.

К девятке привезли еще одного раненого бойца. Парень держался уверенно, хотя его порядочно зацепило осколками.

— Арта укропская работает, так совпали звезды сегодня, что и меня зацепило, — говорит раненый и просит закурить.

Товарищи перевязывают раны под усиливающуюся канонаду вражеской артиллерии. Под разбитым трансформатором в кучку сбилось три кота — бедные контуженные животные, брошенные когда-то на произвол судьбы своими безответственными хозяевами, стараются выживать в нечеловеческих условиях войны.

— Мы их подкармливаем, — будто бы читая мои мысли, сказал один из бойцов, видя, что я глажу замерзших котов.

Я волнуюсь за Сашу, ребят долго нет. Но вот, наконец, на горизонте появляется броня. Все довольные, все тот же сумасшедший блеск в глазах.

«Хорошее приключение», — коротко говорит о поездке Саша, демонстрируя на экране камере снятые кадры. «Батя» закуривает сигарету. Кто-то делает его фотографию в этот момент. Поймать момент — это и удача, и профессионализм фотографа. Здесь совпало все. Этот кадр очень известен, его публиковали во многих изданиях, постили в группах в соцсетях, печатали на билбордах. Во взгляде Александра Захарченко читалось пережитое.


Открытка для «Гиви»

В этот день мы развозили открытки и подарки бойцам на День Защитника Отечества. Помню как накануне на мой клич о сборе гостинцев для ребят в едином порыве откликнулись «Вежливые леди» — девчонки собрали для наших защитников сладости, открытки, средства для гигиены. Открыток и писем было особенно много, помню, фотограф Надя, моя любимая фотограф, с которой я неоднократно работала в качестве модели, нарисовала потрясающе красивые открытки. А узнав, что сегодня я буду в «Сомали» и увижу самого Гиви, девчонки собирали гостинцы особенно тщательно.

Я была с депутатами Парламента Новороссии, которые частенько осуществляли гуманитарные акции, в этот раз они везли продукты питания для военных, а я свои гостинцы.

Мы приехали в «девятку», как всегда, со стороны аэропорта звучала отдаленная канонада. Хотя украинские войска и проиграли бой за аэропорт, попыток отомстить за позор они не оставляли.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Сентябрь
Сентябрь

В романе показаны крупным планом подлинные герои огневой страды 1939 года — фронтовики, солдаты и младшие офицеры, — поднявшийся в едином патриотическом порыве трудовой люд Варшавы и, главное, польских коммунистов, вчерашние узники санации, ставшие душой сопротивления врагу.Оперативный отдел польского генерального штаба и окоп у тревожно замершей границы, «коридоры власти» и трущобы рабочей бедноты, столица и местечковое захолустье, респектабельные апартаменты Варшавы и выгон за околицей безымянной деревушки, дороги отступления и очаги героического отпора численно превосходящему противнику — широкую и красочную панораму раскрывает автор романа перед читателями.

Виталий Валентинович Бианки , Томаш Пациньский , Анастасия Карп , Михаил Евгеньевич Московец , Ежи Путрамент

Проза / Проза о войне / Самиздат, сетевая литература / Фантастика / Фантастика: прочее / Военная проза / Современная проза
Беглец из Кандагара
Беглец из Кандагара

Ошский участок Московского погранотряда в Пянджском направлении. Командующий гарнизоном полковник Бурякин получает из Москвы директиву о выделении сопровождения ограниченного контингента советских войск при переходе па территорию Афганистана зимой 1979 года. Два молодых офицера отказываются выполнить приказ и вынуждены из-за этого демобилизоваться. Но в 1984 году на том же участке границы один из секретов вылавливает нарушителя. Им оказывается один из тех офицеров. При допросе выясняется, что он шел в район высокогорного озера Кара-Су — «Черная вода», где на острове посреди озера находился лагерь особо опасных заключенных, одним из которых якобы являлся девяностолетний Рудольф Гесс, один из создателей Третьего рейха!…

Александр Васильевич Холин

Проза о войне / Фантастика / Детективная фантастика