С-101 в воспоминаниях экипажа

Нашу лодку в 1959 году разрезали и переплавили, но в настоящее время в составе Краснознаменного Северного флота ходит современная подводная лодка С-101. И я был на ней 9 мая 1970 года в день 25-летия Победы. Мне посчастливилось побывать в тех местах, где прошли дни нашей суровой молодости. По приглашению Политуправления Краснознаменного Северного флота мы, пять человек подводников, были гостями моряков-североморцев. Встреча с молодыми моряками, современными кораблями никогда не изгладится из моей памяти. Мой сын Саша пошел по моим стопам. Сейчас он служит срочную службу на атомной лодке на Краснознаменном Северном флоте. Осенью кончается его служба, ждем его с нетерпением домой…

Теперь о воспоминаниях. Это произошло 1 мая 1943 года. Наша лодка ходила в отведенном нам квадрате в подводном положении вдоль берега Норвегии. Я сейчас уже не помню, сколько мы торпедировали фашистских кораблей в этом походе, но то, что 29 апреля мы потопили транспорт, это я помню. Срок пребывания на позиции у нас истек, и мы получили «добро» вернуться в базу. Но мы решили еще походить и, может быть, в честь 1 Мая преподнести подарок Родине. В 12.00 прозвучала команда «обедать». В то время вместе со мной служил молодой акустик Иван Молчанов. Я оставил его за себя, а сам прошел в первый отсек обедать. Командир зачитал приказ и поздравил с праздником. Все принялись за обед. Обычно с обедом я не спешил, так как вахта моя бессменная – сколько ходим под водой, столько я и на вахте, особенно у вражеского берега. В этот раз у меня было какое-то предчувствие, я наскоро пообедал и вернулся в рубку. Спросил у Молчанова, что он слышит. Ответил, что слышит шум мотобота под берегом. Этот шум сопровождал нас давно и порядком нам надоел. Иван пошел обедать, а я стал внимательно слушать горизонт.

160° слева явственно слышу шум подводной лодки в подводном положении. Открываю дверь рубки и докладываю командиру лодки П.И. Егорову, что слышу подводную лодку. Он вышел из-за стола, за которым обедали все офицеры, и надел телефоны. Послушал и не поверил мне, сказав, что я слышу свои винты. Я попросил застопорить моторы. Когда остановились наши винты, лодку стало явственно слышно. Видя, что лодка идет за нами по корме, командир не принял никакого решения, только приказал слушать ее дальше, а сам сел продолжать обедать. Ваш отец, Георгий Александрович, покинул кают-компанию и пошел в центральный пост сообщить о нашем положении и принять необходимые меры. Через некоторое время я услышал сильное шипение и звук несущейся торпеды. Кричу в микрофон: «Центральный! Торпеда!» Через несколько секунд – вторая!

Торпеды неумолимо приближались. Георгий Александрович принял соответствующие меры. Мы увеличили ход, заполнили цистерну быстрого погружения и пошли на глубину. Первая торпеда пронеслась над первым отсеком, вторая над четвертым. Увидев, что промахнулась, лодка пошла за нами. Гонялась за нами 2 часа, а потом мы ушли в минное поле и она отстала. Благодаря вовремя принятым мерам и умелым действиям мы избежали неприятности быть потопленными. Вечером 2 мая мы благополучно вернулись в нашу базу – Полярный.

Летом 1943 года мы получили задание идти в Карское море искать и топить немецкие подводные лодки. Это был, на мой взгляд, самый спокойный, но изнурительный поход за всю вой ну. Целый месяц мы ходили, высматривая и выслушивая горизонт. Мне никогда не приходилось видеть айсберги, а тем более их слышать, поэтому у нас произошло интересное знакомство с ним. В один из дней августа месяца я услышал далекое, но четкое шипение, звук, похожий на работу винтов быстроходного корабля. Доложил в центральный пост. Взяли курс на звук и пошли на сближение. Шли очень долго в подводном положении, потом решили всплыть, так как в перископ ничего не было видно. Всплыли и через некоторое время увидели какой-то силуэт. Погрузились и опять пошли на сближение. Шум очень явственно слышен, пеленг берется с точностью до градуса, все время докладываю в центральный пост. Вдруг меня вызывает командир в рубку и дает посмотреть в перископ. Ясно вижу ледяную гору – айсберг. После этого случая я уже не ошибался и мог хорошо различить шум булькающей воды от айсберга. Попадались они нам в то время часто.