Саладин. Всемогущий султан и победитель крестоносцев

Затем король вернулся в свой лагерь, и наши люди, смертельно уставшие после тяжелой битвы, смогли отдохнуть ночью. Те, которые пожелали собрать добычу, вернулись на поле битвы и забрали ее с собой столько, сколько смогли унести. Вернувшиеся рассказывали, что они насчитали 32 тела погибших в тот день в битве эмиров, и они уверяли, что все эти люди были знатного происхождения и весьма влиятельные, о чем можно было определенно судить по их одежде и оружию. И турки попросили затем взять их тела, потому что погибшие занимали при жизни высокое положение. Также стало известно, что погибло 7 тысяч турок, – столько было обнаружено тел. И это не говоря уже о раненых, которые скончались позже и остались лежать тут и там на поле боя. Но благодаря Божьей помощи едва ли десятая, а возможно, и сотая часть погибших приходится на нашу долю».

Погиб только один эмир самого высокого ранга – курд Мусик. Но христиане потеряли своего бесстрашного рыцаря Иакова де Авена, чье тело было найдено в окружении тел 15 павших сарацин. Один христианин был взят в плен и обезглавлен. Саладин был настолько подавлен постигшей его неудачей, что даже не слушал утешений своего секретаря. Он сидел в тени натянутого над ним куска полотна, поскольку его шатер был потерян. Он посещал раненых и раздавал своих коней тем, у кого они пали. Затем войско перешло на новое место на зеленые поля, протянувшиеся по берегам реки Яффа, в нескольких километрах от вражеского лагеря под стенами Арсуфа.

Победа 7 сентября была самой большой победой Ричарда I Львиное Сердце в Палестине, хотя она и была одержана вопреки его приказу и в нарушение дисциплины. Но крестоносцы не развили свой успех. Саладин был далеко не разгромлен и, оправившись от краткого упадка духа, выступил на следующий же день в Арсуф со всем своим войском, построил его в боевые порядки на виду у врага и бросил вызов – продолжить сражение. Он прождал целый день, но франки никак не проявили себя. В понедельник Саладин повторил свой вызов и начал беспокоить врага, обстреливая его из луков, но крестоносцы все так же упорно не двигались с места, а затем отошли в Яффу. Генерального сражения не состоялось. Теперь, когда крестоносцы находились под защитой крепостных стен, Саладин отвел свою армию в Рамлу, расположенную в около 20 км к юго-востоку, чтобы прикрыть дорогу в Иерусалим, и начал ждать дальнейших событий. Марш вдоль побережья, который оказался тяжелым и мучительным предприятием, все же завершился в целом успешно.

Глава 20

На подходах к Иерусалиму сентябрь, 1191 – июль 1192 г.

Франки не спешили воспользоваться плодами победы. Они отвергли вызов Саладина выйти на битву и остались на два месяца в Яффе. С большим трудом они добрались до города, проходя в день всего 5 км, преодолев около 100 км пути из Акры. Теперь крестоносцы должны были укрепить свой тыл, прежде чем предпринять рискованный шаг – оставить побережье и свой флот, бесперебойно снабжавший их провизией и подвозивший подкрепления. Плоды прекрасных садов Яффы разнообразили их до того скудный рацион, когда приходилось питаться мясом павших лошадей, и уставшие воины не испытывали желания немедленно отправиться в поход на Иерусалим. «Войско долгое время пребывало в неге и покое; и день за днем росло бремя их грехов, то есть безудержное пьянство и привычка к роскоши. Начали возвращаться к войску женщины из Акры, которые становились источником беспокойства и разлагали местные нравы; уже нельзя было говорить о любви людей к паломничеству в условиях угасания их религиозного духа» – так характеризовал сложившуюся обстановку «Итинерарий». Многие воины отправлялись в Акру, «где они проводили все время в тавернах». Ричард I не мог снисходительно смотреть на подобные проступки своих воинов. Он направил короля Ги де Лузиньяна в Акру, чтобы вернуть в войско дезертиров, но, когда его призыв остался без ответа, Ричард I отправился туда лично и обратился к отступникам с «проникновенной речью», призвав их препоясать свои чресла и взяться за святой труд.