Самые странные в мире. Как люди Запада обрели психологическое своеобразие и чрезвычайно преуспели

Протестантизм — это семейство религиозных конфессий, которые ставят в центр духовной жизни личную веру человека и его отношения с Богом. Роскошные ритуалы, огромные соборы, масштабные жертвоприношения и рукоположенные священники обычно играют в них незначительную роль и могут быть объектом открытого осуждения. Благодаря силе своего собственного выбора люди строят личные отношения непосредственно с Богом, в том числе читая и осмысливая Священное Писание самостоятельно или небольшими группами. Чтобы установить связь с Богом, протестантам не нужно почитать предков, великих мудрецов, религиозную иерархию или церковные традиции. В принципе, единственное, что чтут протестанты, — это Священное Писание. Во многих конфессиях религиозным лидером может стать любой человек, и для этого не требуется никакой специальной подготовки. Формально эти лидеры равны остальным прихожанами, хотя, конечно, их престиж может давать определенные привилегии. Спасение — потенциальная загробная жизнь — обычно достигается на основе внутреннего психического состояния человека, его веры. Ритуалы и добрые дела играют незначительную роль или не играют ее вовсе. Важнее всего намерения и убеждения, то есть то, что у человека в сердце. Мысли об убийстве, воровстве или прелюбодеянии часто сами по себе греховны. Ведущие протестантские конфессии подчеркивают также, что у всех людей есть призвание — свободно выбранное занятие или профессия, — которое уникальным образом соответствует их особым качествам и способностям. Усердно, терпеливо и дисциплинированно трудиться, чтобы исполнить свое призвание, — Божья работа. Порой она помогает человеку попасть на небеса, а иногда просто публично отмечает его как одного из избранных[639].

Ничего не напоминает? Я надеюсь, что это описание перекликается с теми психологическими моделями, которые мы искали и объясняли на протяжении всей этой книги: индивидуализмом, независимостью, моралью, не зависящей от межличностных отношений, обобщенной просоциальностью (равенством незнакомцев), неконформностью, сопротивлением традициям, виной (вместо стыда), трудолюбием, самоконтролем, ведущей ролью психических состояний в моральных суждениях и оттачиванием наклонностей в соответствии с выбранным занятием.

В XVI в. протестантизм смог добиться сакрализации психологического комплекса, который формировался в Европе на протяжении предшествующих столетий. Как я постарался показать, многие общества к тому моменту уже разработали индивидуалистическую психологию, которая воплотила в себе — хотя бы в зачаточной форме — психологическое ядро тех религиозных движений XVI в., которые вместе составили протестантизм. Сам Мартин Лютер был монахом-августинцем, работавшим в университете, расположенном в наделенном хартией городе Виттенберге (три добровольных объединения разом). Протестантские конфессии распространились так быстро отчасти потому, что их базовые религиозные ценности и мировоззрение хорошо сочетались с протозападной психологией той эпохи. Конечно, имелось много политических и экономических причин, по которым различные короли, герцоги и князья вскочили на подножку этого поезда: например, Церковь владела огромными земельными угодьями, которые эти правители могли конфисковать. Но такие действия сошли государям с рук отчасти потому, что протестантская вера находила глубокий отклик у важнейших слоев населения. Другими словами, процессы, которые я описывал на протяжении всей этой книги, — возникновение нуклеарной семьи, обезличенных рынков и конкурирующих добровольных объединений — подготовили европейскую почву для семян Реформации[640].