Читаем Самые странные в мире. Как люди Запада обрели психологическое своеобразие и чрезвычайно преуспели полностью

1. Факультативные эффекты. Это «интерактивные» методы, которыми различные институциональные конфигурации формируют наше восприятие, суждения и эмоции как бы на лету, предлагая новые сигналы, используемые нашим мозгом для интерпретации текущей ситуации и корректировки наших реакций. Такие сигналы меняют поведение людей в данный момент, не влияя на их психику в долгосрочной перспективе. Например, как мы увидим, бессознательные напоминания о том, что «Бог все видит», заставляют верующих поступать более справедливым образом и повышают их готовность к кооперации с незнакомцами.

2. Культурное обучение и непосредственный опыт. Приспосабливаясь к создаваемым институтами стимулам, мы используем наши эволюционно сложившиеся способности к культурному обучению, чтобы перенимать от других людей мотивации, эвристические подходы, модели мышления и особенности распределения внимания. Например, я обсуждал, как культурное обучение может изменить мозг, чтобы увеличить нашу готовность ждать денежных выплат — то есть терпение. Конечно, люди также могут учиться на собственном непосредственном опыте по мере того, как их наказывают за нарушение норм или хвалят за успехи в таких высоко ценимых культурой сферах, как чтение.

3. Изменения в процессе индивидуального развития. Поскольку по большей части формирование нашего мозга происходит в младенческом, детском и подростковом возрасте, социальные нормы, которые определяют наш ранний жизненный опыт, могут иметь особенно сильное влияние на нашу психику. Например, все больше данных свидетельствует о том, что мы, вероятно, приобрели в ходе эволюции способность производить долгосрочную настройку определенных аспектов нашей физиологии, психологии и мотивации, основываясь на уровне стресса и других факторах окружающей среды, с которыми мы сталкиваемся в возрасте до пяти лет. Во взрослом возрасте эти ранние настройки могут определять наши отношения, способность к самоконтролю, склонность к риску, реакцию на стресс и умение усваивать нормы. Меняя наш ранний жизненный опыт, культурная эволюция может оказывать влияние на мозг, гормоны, навыки принятия решений и даже продолжительность жизни[126].


Помимо этих прямых путей к нашей психике, культурная эволюция также может помогать нам успешно адаптироваться к нашим институциональным мирам, генерируя практики или «режимы тренировок» — часто в форме игр, историй, ритуалов, занятий спортом и типов социализации, — которые оттачивают наш разум и тело таким образом, чтобы способствовать будущему успеху в наших культурно сконструированных мирах. Например, в обществах Запада чтение сказок на ночь может быть культурной практикой, которая помогает детям тренировать свой мозг таким образом, чтобы это способствовало успеху — как этот успех определен культурой— и в школе, и на работе.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Истребители
Истребители

Воспоминания Героя Советского Союза маршала авиации Г. В. Зимина посвящены ратным делам, подвигам советских летчиков-истребителей в годы Великой Отечественной войны. На обширном документальном материале автор показывает истоки мужества и героизма воздушных бойцов, их несгибаемую стойкость. Значительное место в мемуарах занимает повествование о людях и свершениях 240-й истребительной авиационной дивизии, которой Г. В. Зимин командовал и с которой прошел боевой путь до Берлина.Интересны размышления автора о командирской гибкости в применении тактических приемов, о причинах наших неудач в начальный период войны, о природе подвига и т. д.Книга рассчитана на массового читателя.

Артем Владимирович Драбкин , Георгий Васильевич Зимин , Арсений Васильевич Ворожейкин

Биографии и Мемуары / Военная документалистика и аналитика / Военная история / История / Проза
Гражданская война. Генеральная репетиция демократии
Гражданская война. Генеральная репетиция демократии

Гражданская РІРѕР№на в Р оссии полна парадоксов. До СЃРёС… пор нет согласия даже по вопросу, когда она началась и когда закончилась. Не вполне понятно, кто с кем воевал: красные, белые, эсеры, анархисты разных направлений, национальные сепаратисты, не говоря СѓР¶ о полных экзотах вроде барона Унгерна. Плюс еще иностранные интервенты, у каждого из которых имелись СЃРІРѕРё собственные цели. Фронтов как таковых не существовало. Полки часто имели численность меньше батальона. Армии возникали ниоткуда. Командиры, отдавая приказ, не были уверены, как его выполнят и выполнят ли вообще, будет ли та или иная часть сражаться или взбунтуется, а то и вовсе перебежит на сторону противника.Алексей Щербаков сознательно избегает РїРѕРґСЂРѕР±ного описания бесчисленных боев и различных статистических выкладок. Р'СЃРµ это уже сделано другими авторами. Его цель — дать ответ на вопрос, который до СЃРёС… пор волнует историков: почему обстоятельства сложились в пользу большевиков? Р

Алексей Юрьевич Щербаков

Военная документалистика и аналитика / История / Образование и наука