Секретная жизнь коров. Истории о животных, которые не так глупы, как нам кажется

Менее заметная, но не менее крепкая дружба сложилась за шесть лет до этого между Черно-белой Шарлоттой (дочерью Шароле Шарлотт, породы шароле) и Гаем (сыном Диззи). Она была черной с белым хвостом, а он был смышленым, тускло-серым с белым хвостом. Гай был из семейства Дисконт, а Шарлотта была из Полуденных.

Дружба для быков – не обыденность. И преданность – обязательное условие. Хотя она и нацелена на взаимопомощь, но редко подразумевает гиперопеку или эмоциональность.

Шарлотта и Гай сдружились очень быстро, но при этом у каждого были свои собственные друзья. Иногда они разлучались на пастбище, из-за разных вкусовых пристрастий их матерей. И по этому поводу вроде бы не особенно расстраивались. Но когда части стада встречались по дороге домой, воссоединение друзей было всегда очень бурным. (Энн и Хелен, насколько я помню, в прямом смысле слова расцеловались после незапланированной недельной разлуки. Им тогда было месяца по три.)

Дружба зачахла, когда умерла мать Шарлотты. И ей пришлось удочерить собственную сестру Лотту. Лотта была ее уменьшенной копией, черная с белым хвостом, но у нее были рога, в то время как Шарлотта от природы была безрогой. Шарлотта проявила столько доброты и заботы, что Лотта быстро справилась с потерей, а когда у Шарлотты появился первый теленок, Лотта стала неоценимой тетей.

Шарлотта, однако, не восприняла свое материнство как нечто естественное. Ее прелестная, полностью черная дочь, родилась на мартовские иды (середина месяца в римском календаре до реформ Юлия Цезаря, иды приходятся в том числе на 15 марта. – Прим. перев.). Мы назвали теленка Кальпурнией, в честь жены Цезаря, правда, почти сразу прозвали ее Какао. Новоявленная мать не позволяла малышке сосать молоко и сразу дала понять, что воспитанием этой мелочи может заниматься няня. «Няней» был мой брат, он терпеливо взнуздал Шарлотту и заставил ее стоять на месте, пока Какао пила, защищал теленка от возмущенных брыканий матери, подставляя под удар собственные голени.

Какао же любила свою мать (ее ведь никто не брыкал, что вообще-то могло положить конец отношениям).

Она сосала молоко трижды в день, была любима, все мы ее гладили и ухаживали за ней, о ней очень заботилась Лотта, а потому жизнь была прекрасна. Мамы, должно быть думала она, дают тебе молоко, когда их заставляют, а люди дают ласку и защиту.

Шарлотта не отвергла любовь дочери – она, кажется, просто ее не замечала. Какао начнет тыкаться носом в подбородок матери, игриво ее подталкивая, – Шарлотта просто смотрит вдаль. Они всегда паслись и спали очень близко друг к другу, но это происходило не по инициативе Шарлотты.

Какао была настоящей красавицей и всеобщей любимицей. Она тоже всех любила и приветствовала внимание. Даже люди, которые работали на ферме и не были замечены в чрезмерном проявлении чувств, всегда находили минутку, чтоб погладить ее, как бы заняты они ни были.

Когда Какао было чуть более двух месяцев, все изменилось. Она попробовала прокрасться к материнскому вымени в наше отсутствие. Шарлотта как будто впервые заметила ее и, очевидно, увидела, насколько она прекрасна. После она недвусмысленно дала нам понять, что намерена полностью воздать должное своей прекрасной дочери, и с этого дня она сама вылизывала до блеска и кормила Какао.

Эти отношения представляли для нас особый интерес, потому что Какао успела привыкнуть к людям и была настолько к нам расположена, что мы могли наблюдать за процессом, не вызывая отторжения.

Когда у Шарлотты через 15 месяцев родился бычок по имени Кассио, Какао была рядом, чтобы помочь. Она стояла над ним и защищала его от любопытных коров, и с радостью оставалась приглядывать, когда возникла необходимость. Даже когда Кассио подрос и в центре внимания оказался третий теленок, Карлин, можно было часто видеть, как Какао и Кассио разделяли один пучок сена. Излишне говорить о том, что Шарлотта больше никогда не забывала, что значит быть хорошей матерью. На самом деле она стала одной из лучших.

Быки – это не коровы

Жизнь рядом с коровами – полезный и всегда интересный опыт. Но надо помнить о том, что быки по характеру и поведению очень сильно от них отличаются. В свое время у нас были три быка примерно одного возраста: Епископ Глостерский, Черный Валлиец; Епископ Вустерский, Красный Линкольн и Август, породы шароле. Как-то нам потребовалось забрать Глостера и перевести его к группе коров, обитавшей недалеко от дома. За это время Вустер и Август успели найти общий язык. Я думаю, они симпатизировали друг другу. И хоть наверняка никогда ничего не выясняли в драке, но Август все равно считал себя главным. Вустер же не возражал, чтобы его друг расхаживал по округе с видом примадонны. После того, как быков разделили на несколько месяцев, произошел один инцидент.

* * *

Нам на ферме помогал студент. Ему было поручено много разной работы, и отдельно, весьма недвусмысленно было велено не открывать загон, где находился Глостер: его нельзя было выпускать оттуда.