Семь эпох Анатолия Александрова

Там у Петра Леонидовича появляются собственные – и в его глазах по определению ценные – идеи по организации работ и планы необходимых действий. Каковые он упорно предлагает проводить в жизнь. Причём он не считается с двумя важными обстоятельствами: партия и правительство уже назначили организатора на весь проект – раз; и два – задача состоит не в том, чтобы всласть покопаться в природе атома, а чтобы скорее догнать со своею бомбой американцев с их бомбой.

Так что возможно, есть своя немалая доля истины в словах главного конструктора первого промышленного атомного реактора Николая Доллежаля, сказанных, правда, значительно позже той эпохи:

«Я многих руководителей повидал на своем веку, но такого, как Курчатов, не помню. Очень умный, в высшей степени порядочный человек, никогда не повышал голоса. Его все уважали, и ему завидовали многие. Думаю, что и Капица завидовал. Это только версия, что он ушёл из атомного проекта, потому что хотел работать лишь над мирными проблемами. Вторую роль играть не хотел…» [286]

А ведь партия назначила не только Курчатова. По воле Сталина организатором работ на самом верхнем уровне становится не кто-нибудь, а самолично Лаврентий Павлович Берия. По поводу его управленческих способностей мнения высказываются разные – от гениальности до самодурства, – но то, что с людьми он бывал крутенек, отрицать трудно. И у него чуть ли не под ногами постоянно суетится капризный гений. К тому же имеющий крайне негативное мнение о своём начальнике, которое смело высказывает самому Сталину: