Семейная драма XVIII столетия. Дело Александры Воейковой

А естли б господин Гудович дал мне с ним, мужем моим, во оном деле суд законной, давно бы он и окончил сие дело тем, что по крайней мере вышел бы между нами обоюдной мир, которым бы облехчил не только страждущую судьбу мою и бедных детей моих, но и сам бы он, муж мой, может быть, сколько-нибудь совершенно усовестился тогда и снял бы сию несчастную завесу с глас своих, которую надела на него сия коварная женщина княгиня Несвицкая, и разсмотрел бы ея к себе обманы, корыстолюбие и ненависть к бедным моим детям, а мою против его невинность, что я, при всей его ко мне злобе и оскорбление оным с ним делом, не мщения ему за обиды мои ищу, любя его, и при таковых тиранских со мною поступках до крайности, и знаю, что он по простоте и распутности своей ко всему тому злу противу меня заведен ею же, Несвицкою, для имения его, а потому и ищу теперь только уже хоть спокойствия одного всему бедному семейству нашему, страждущему от притеснения такова происками ея, Несвицкой, столь тягостно, что и по двум сенатским указам господин Гудович, будучи запрошенным, и суда законного во оном деле мне с ним, мужем моим, не дал. А вместо того столь сильно, нагло и законам противно притеснил меня.

А по таковому его неправильному поступку и долженствовало Правительствующему Сенату по жалобе моей воитить в справедливость и в подробное разсмотрение онаго дела, и в жалосное состояние наше и от гонения его, Гудовича, защитить и законный порядок в деле оном сохранить, домовное и незаконное им, Гудовичем, делу нашему производство, ни достойное ни малейшаго уважения и вероятия, отставить, и испровергнуть, и повелеть бы вместо того те прежде данные по делу оному сенатские два указа в точности исполнить. И как мое прошение, так и мужа моего поданное на то Сенату возражение законным, а не самовольным образом присудственному месту иследовать и решить безволокитно и тем бы невинно страждущим дать правой суд и пощаду, как законы ВАШЕГО ВЕЛИЧЕСТВА повелевают, а не так неправильно и закону противное с просителями в делах их поступать, чтоб своевольно виноватаго оправдывать, а праваго столь сильно гнать и притеснять тем самым, что суда с ним законнаго не давать и все способы у него к отраде и к спасению его могуществом и властоначальством отнять. И то самое он сие дело обратил в Сенат на расмотрение, чтоб муж мой нашол способ оное дело в Сенате в пользу свою переделать и чрез покровителей своих упросить сенаторов к помилованию тому, чтоб суда мне не давать. На что же нам даны правосуднейшия и высочайше милостивыя законы ВАШЕГО ВЕЛИЧЕСТВА, когда их не хранить и не исполнять в точности содержания и когда не сильны будут, а не праваго защитить и оправдать, а виноватаго обличить? Что точно САМИ изволите усмотреть по течению и производству онаго дела моего, что оное не по законам ВАШЕГО ВЕЛИЧЕСТВА вели, а как сами правители хотят, когда по двум насланным сенатским указам исполнение не учинено и обида моя осталася не удовлетворительною, и я ни от господина Гудовича в Резанской губернии, ни от Московскаго губернскаго правления, которому повелено было наистрожайше московскаго полицыимейстера Годеня по сему делу моему иследовать по законам, но во обоих оных правительствах законнаго правосудия и окончательнаго решения оному делу не получила.