Читаем Сергей Киров. Несбывшаяся надежда вождя полностью

Ранней осенью 1927 года Сталин рядом мер, снижающих закупочные цены на покупаемое у крестьян зерно, прозондировал настроения в Политбюро. Инициатива прошла. Прошла при поддержке Молотова. Выяснив, что вбить клин между умеренной и радикальной группами реально, генеральный секретарь сразу по окончании XV партсъезда и совершил необходимую замену. Пленум ЦК 19 декабря 1927 года переизбрал Политбюро. Новичком стал один – В.В. Куйбышев. Он явился на первое заседание 22 декабря и, верно, не ожидал увидеть жаркой стычки «о хлебозаготовках и об экспорте хлеба». Сталин отсутствовал, почему Бухарина и Молотова ничто не сковывало. Обменявшись мнениями, обсуждение перенесли на другой день. Но 23 декабря Сталин снова не смог прийти. Уклонился от важных прений и Куйбышев. А прения продемонстрировали хрупкий паритет: Бухарин, Рыков, Томский против Молотова, Рудзутака, Калинина (Ворошилов тоже пропустил оба заседания). В итоге образовали комиссию, которая 24 декабря внесла проект постановления, скорее умеренный, чем радикальный. Документ санкционировали опросом. Бухарин одержал победу… пиррову.

Сталин, убедившись, что его голос – «золотой», а в резерве голоса колеблющихся Ворошилова и Куйбышева, 5 января 1928 года потребовал пересмотра директивы о хлебозаготовках. «Кандидат» Киров участвовал в этом заседании Политбюро и, возможно, в голосовании за формирование новой комиссии во главе с генсеком, заместив единственного непришедшего члена высшей коллегии – Молотова. Исправленный вариант директивы, изданный 6 января, отвечал чаяниям радикалов. Кроме того, 7 января большинство одобрило «предложение т.т. Сталина и Молотова» о поручении СНК СССР срочно принять «декрет о крестьянском самообложении», а 9 и 12 января оно же откомандировало в регионы членов ЦК с целью проконтролировать исполнение новых жестких установок по хлебозаготовкам. Членов Политбюро поехало двое – Сталин и Молотов[293]. Таким образом, возник третий по счету правящий дуэт Политбюро: Сталин – лидер, Молотов – идеолог официального курса. Идеологу отставному – Бухарину – оставалось либо капитулировать, либо дать бой. Николай Иванович предпочел дать бой…

Напомню, в те же дни, 2 и 3 января 1928 года, Политбюро отозвало Н.К. Антипова из Ленинграда, а «вторым секретарем» рекомендовало М.С. Чудова. Вопрос, похоже, решился при личной встрече Кирова со Сталиным в Москве. И Сергей Миронович отправился в столицу явно не по своим делам, а по приглашению Кобы. Зачем? Сомнительно, что главная причина – судьба Антипова. Тот даже не подозревал ни о чем и 4 января на заседании бюро областкома утвердил новый состав Оргколлегии во главе с собой. Впрочем, участие Кирова в заседании Политбюро 5 января – вовсе не случайность. Ведь Сталину, прежде чем отважиться на «головокружительный» политический разворот, надлежало обговорить все с тем, с кем через какое-то время придется сообща низвергать коллегиальность. Обговорить и договориться.

Без согласия Кирова помочь в реорганизации коллегиальной пирамиды ВКП(б) разрыв с Бухариным не имел смысла. В одиночку, без того, кто умеет убеждать и увлекать целые аудитории, Сталин не справился бы, а достаточной властью, какая возможна в рамках коллективного руководства, он уже располагал. Благодаря Троцкому… Отказ Кирова означал бы предотвращение свертывания НЭПа по крайней мере на данном этапе, хотя у Сталина все равно не было выхода. Ему просто пришлось бы искать другое решение, ибо коллективное руководство рано или поздно разрушит все «завоевания» разумного «альтернативного» курса Бухарина.


Из журнала регистрации лиц, принятых И.В. Сталиным, январь 1928 г. [РГАСПИ]


К сожалению, соратники по Политбюро и ЦК не понимали этого. Если бы понимали, то отрекаться от НЭПа, текущей редакционной политики «Правды», «правого уклона» в Коминтерне (Бухарин с 1926 года секретарь ИККИ) не требовалось… Увы, пресловутая вражда компартий с социал-демократами – следствие все той же переориентации на группу нового младшего партнера, бескомпромиссную в отношении всех классово ущербных попутчиков: нэпманов, кулаков, военспецов, социалистов и т. д.

Перейти на страницу:

Все книги серии Страницы советской и российской истории

Екатерина Фурцева. Женщина во власти
Екатерина Фурцева. Женщина во власти

Екатерина Фурцева осталась в отечественной истории как «Екатерина III». Таким образом ее ассоциировали с Екатериной II и с Екатериной Дашковой, возглавлявшей Петербургскую академию наук. Начав свой путь «от станка», на вершине партийной иерархии она оказалась в переломные годы хрущевского правления.Низвержение с политического Олимпа стало для нее личной трагедией, однако путь женщины-легенды только начинался. Роль, которую ей предстояло сыграть на посту министра культуры, затмила карьерные достижения многих ее удачливых современников. Ибо ее устами власть заговорила с интеллигенцией языком не угроз и директив, а диалога и убеждения. Екатерина Фурцева по-настоящему любила свое дело и оказалась достаточно умна, чтобы отделять зерна от плевел. Некогда замечательными всходами культурная нива Страны Советов во многом обязана ей.

Сергей Сергеевич Войтиков

Биографии и Мемуары
Жуков. Танец победителя
Жуков. Танец победителя

Акт о безоговорочной капитуляции Германии был подписан в Карлсхорсте в ночь с 8 на 9 мая. По окончании официальной церемонии присутствующих поразил советский представитель маршал Жуков. Он… пустился в пляс. Танец победителя, триумф русского характера и русской воли.Не вступая в публицистические дискуссии вокруг фигуры Георгия Жукова, автор прежде всего исследует черты, которые закрепили за ним в истории высший титул – Маршала Победы. Внимательно прослежен его боевой путь до Рейхстага через самые ответственные участки фронта: те, что требовали незаурядного полководческого таланта или же несгибаемой воли.Вольно или невольно сделавшись на пике славы политической фигурой, маршал немедленно вызвал на себя подозрения в «бонапартизме» и сфабрикованные обвинения. Масштаб личности Жукова оказался слишком велик, чтобы он мог удержаться наверху государственной пирамиды. Высокие посты при Сталине и при Хрущеве чередовались опалами и закончились отставкой, которую трудно назвать почетной. К счастью, народная память более благодарна. Автор надеется, что предлагаемый роман-биография послужит ее обогащению прежде всего.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Сергей Егорович Михеенков

Андрей Громыко. Дипломат номер один
Андрей Громыко. Дипломат номер один

Андрей Андреевич входил в узкий круг тех, чьи действия влияли как на жизнь нашей страны, так и на развитие мировых событий. На протяжении четырех с лишним десятилетий от его позиции зависело очень многое, для Громыко же главное состояло в том, чтобы на всем земном шаре ни один вопрос не решался без участия Советского Союза. Однако по-настоящему его вклад до сих пор не осмыслен и не оценен.Энергия, редкая работоспособность, блестящая память, настойчивость -все это помогло Громыко стать министром. Наученный жизнью, он умело скрывал свои намерения и настроения и всегда помнил: слово – серебро, молчание – золото. Если можно ничего не говорить, то лучше и не говорить.Андрей Андреевич пробыл на посту министра иностранных дел двадцать восемь лет, поставив абсолютный рекорд для советского времени. После занял пост председателя Президиума Верховного Совета СССР, формально став президентом страны. Эта должность увенчала его блистательную карьеру.Но сегодня, благодаря рассекреченным документам и свидетельствам участников событий того времени, стало известно, что на сломе эпох Андрей Андреевич намеревался занять пост генерального секретаря ЦК КПСС.Настоящая книга представляет подробный анализ государственной деятельности Громыко и его роли в истории нашего государства.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Леонид Михайлович Млечин

Николай Байбаков. Последний сталинский нарком
Николай Байбаков. Последний сталинский нарком

В истории страны Николай Байбаков остался не как многолетний председатель Госплана СССР и даже не как политический долгожитель. Настоящее имя ему — отец нефтегазового комплекса. Именно Байбакову сегодняшняя Россия обязана своим сырьевым могуществом.Байбаков работал с И. В. Сталиным, К. Е. Ворошиловым, С. М. Буденным, Л. П. Берией, Л. М. Кагановичем, В. М. Молотовым, А. И. Микояном, Н. С. Хрущевым, Г. М. Маленковым, Л. И. Брежневым, М. С. Горбачевым… Проводил знаменитую косыгинскую реформу рука об руку с ее зачинателем. Он — последний сталинский нарком. Единственный из тех наркомов, кому судьба дала в награду или в наказание увидеть Россию XXI века.Байбаков пережил крушение сталинской системы власти, крушение плановой экономики, крушение СССР. Но его вера в правильность советского устройства жизни осталась несломленной.В книге Валерия Выжутовича предпринята попытка, обратившись к архивным источникам, партийным и правительственным документам, воспоминаниям современников, показать Николая Байбакова таким, каким он был на самом деле, без «советской» или «антисоветской» ретуши.

Валерий Викторович Выжутович

Биографии и Мемуары
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже