Серго Орджоникидзе. Командарм советской промышленности

[РГАСПИ. Ф. 85. Оп. 29. Д. 202. Л. 84]

Постановление Политбюро ЦК ВКП(б) о присвоении Московскому авиационному институту имени Серго Орджоникидзе

14 декабря 1935

[РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 163. Д. 1087. Л. 91]

В декабре 1935 года Серго принял участие еще в ряде совещаний. 1 декабря в зале заседаний ЦК ВКП(б) состоялось Совещание передовых комбайнеров с членами ЦК ВКП(б) и правительства. В нем участвовало 200 комбайнеров и комбайнерок, перевыполнивших за сельскохозяйственный год норму более чем в два раза. На совещании присутствовали Сталин, Молотов, Каганович, Ворошилов, Микоян, Андреев, Чубарь, Ежов и, конечно, Серго Орджоникидзе. На этом совещании товарищ Сталин поставил перед партией и страной задачу «довести в ближайшем будущем, года через три-четыре, ежегодное производство хлеба до 7–8 миллиардов пудов». Орджоникидзе и Сталин всячески демонстрировали поддержку выступающим. Вспоминает комбайнер Семен Владимирович Полагутин: «Выступает комбайнерка Мария Петрова из Саратовского края. Она волнуется, речь как-то не вяжется. Ведь впервые она, простая крестьянка, произносит речь в ЦК партии. Но товарищ Сталин, как отец, подбадривал Петрову: „Говорите смелее, здесь все свои“. После совещания комбайнеров я впервые в жизни поехал на курорт».

4 декабря Орджоникидзе вместе со Сталиным участвовали в совещании передовых колхозников и колхозниц, но уже Таджикистана и Туркменистана. 10–14 декабря Серго участвовал в работе совещания при ЦК ВКП(б) по вопросам строительства и производства стройматериалов, причем очень активно. 14 декабря у него даже произошла легкая перепалка с Н. С. Хрущевым по поводу того, кто должен отвечать за строительство в Москве коксогазового завода[929]. (Строительство в Видном будет начато в 1938 году, уже после смерти Орджоникидзе.) В промежутке между этими заседаниями, 8 декабря, дирекция и общественные организации Московского авиационного института направили заявление о рассмотрении просьбы о присвоении ему имени Орджоникидзе. Вопрос был решен положительно 14 декабря[930].

Декабрьский пленум ЦК ВКП(б) 1935 года

21–25 декабря в Москве проходит пленум ЦК ВКП(б), в котором принял участие Орджоникидзе, сразу отметим, что оно не было формальным. Орджоникидзе на нем дискутировал по ряду вопросов с другими участниками. Так, на пленуме выявились различные подходы к стахановскому движению, и Орджоникидзе отстаивал интересы рабочих. «Обращало на себя внимание противоречие между высказыванием на пленуме секретаря ЦК А. А. Андреева — „все справочники по нормированию должны быть выброшены как хлам“ и словами наркома НКТП Г. К. Орджоникидзе о том, что пересмотр норм должен быть связан с технической модернизацией рабочих мест и учетом мнения самих рабочих. Анализ источников позволяет сделать вывод о планах Наркомата тяжелой промышленности совместить реформирование системы организации труда с обучением основной массы рабочих промышленности СССР на курсах повышения квалификации к 1942 г. и на КМСТ (курсах мастеров социалистического труда) к 1947 г. …»[931]

Указания Орджоникидзе этого периода были основанием для выдвижения его подчиненными директив по обеспечению безопасности производства. Эти распоряжения часто трактовались в духе времени. Так, С. А. Саркисов на Первом Вседонецком слете стахановцев-мастеров 7–10 января 1936 года сказал: «Тов. Орджоникидзе издал прекраснейший приказ № 840, который устанавливает твердые правила ведения горных работ. Саботажники, немецко-троцкистские вредители сплошь и рядом нарушали порядок ведения горных работ»[932].

Большая задействованность Орджоникидзе в Наркомтяжпроме, участие в различных партийных и общественных мероприятиях в декабре не способствовали улучшению здоровья наркома. 7 января Политбюро, с учетом рекомендаций врачей, приняло следующее решение: «Обязать т. Орджоникидзе с утра 9 января выехать к себе на дачу под Москву[933] на отдых сроком на 12 дней с тем, чтобы он за этот период времени принимал людей в весьма ограниченном количестве (не более 1–2 человек в день»[934].

Но утверждать, что это решение выполнялось в полной мере, нельзя. Люди шли в Наркомтяжпром, не заставали там Орджоникидзе, узнавали, где он находится, а он приглашал их к себе. Дачных посетителей было гораздо больше, чем предписывало Политбюро.

Между тем 17 января постановлением ЦИК СССР Г. К. Орджоникидзе награждается орденом Трудового Красного Знамени за перевыполнение производственного плана 1935 года по Народному комиссариату тяжелой промышленности Союза ССР, за успехи в деле освоения новой техники и инициативу в развитии стахановского движения[935].

Постановление Политбюро ЦК ВКП(б) о награждении Г. К. Орджоникидзе орденом Трудового Красного Знамени, с приложением проекта постановления ЦИК СССР

17 января 1936

[РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 163. Д. 1091. Л. 102–103]

Постановление Политбюро ЦК ВКП(б) о необходимости Г. К. Орджоникидзе взять под наблюдение военную промышленность и освобождении его от наблюдения за другими отраслями Народного комиссариата тяжелой промышленности