Шпаргалка. Рассказы, которые помогут решить жизненные задачки

Однажды у меня была сессия в очень сложный жизненный период. Я ощущала тогда себя… бессильной. Потому что всё, что я держала на контроле, всё, во что инвестировала силы, талант и время, вопреки всем моим усилиям, в одночасье сломалось. И я поняла, что мой контроль – это пшик. Иллюзия. И я ничего толком не могу изменить и исправить. Только принять своё бессилие. И выучиться жить с этим.

И я тогда сформулировала своё состояние так: «Я сначала чувствовала себя супергероем. Таким, знаешь, Брюсом Уиллисом, который спасает от Армагеддона мир. А потом – раз… И оказалось, что я – просто песчинка, а никакой не супергерой. И я никого не спасла. Хотела, но не смогла. И так больно от мысли, что я не Брюс…»

У нас теперь с Леной на понятном только нам сленге выражение «Я неБрюс» означает бессилие и отчаяние.

– Я неБрюс, Лен, – говорю я психологу.

– Обниму тебя, Оля, побуду рядом. Если это поможет, шепну на ушко: «Никто не Брюс».

Я вздыхаю. «Жалуюсь» психологу.

В последнее время мне сложно выносить публичность. Я понимаю, что это мой путь и у него есть своя цена.

То есть всегда была.

Например, хейт. На меня постоянно пишут пасквили, доносы, токсичные комментарии. Обычно я переношу это легко, опираясь на мысль, что люди пишут о себе, а не обо мне. И я нужна кому-то для вдохновения, кому-то – для любви, а кому-то – для хейта. Потому что иначе ему не справиться с внутренней болью и неудовлетворённостью.

Но когда «я неБрюс», мне ужасно сложно даётся это испытание публичностью.

– Я ощущаю себя человеком, который пробирается сквозь джунгли. Джунгли – агрессивная среда. Она населена недружелюбными… персонами, она меня притормаживает лианами, царапает, ранит, режет острыми краями, я протискиваюсь сквозь них. И не могу защитить себя только голыми руками, и ощущаю, что я… ну, один на один с джунглями. И это какой-то неравный «бой». За что они со мной так…

– А почему не уйдёшь?

– Я не могу из них выбраться. Это мои джунгли. Я их создала, я их выбрала, я должна их пройти. Иногда накатывает безысходность. Хочется сесть, уронить голову на колени и сказать: «Сдаюсь».

Но «сдаюсь» – это «проиграть». А я хочу дойти. Мне интересно зачем. Что я должна понять, пройдя эти джунгли. Зачем они меня позвали.

– А есть версии, зачем ты оказалась в этой агрессивной среде?

– Много версий. Например, я знаю, что слово «джунгли» произошло от санскритского слова, которое обозначает «необрабатываемые земли». Эти земли стали агрессивными, потому что их никто не пытался сделать дружелюбными. Не любил, не жалел, не помогал им стать плодородными.

– Ты пришла всё изменить? Оплодородить? Спасти? Брюс, ты?

– Я не знаю. Если честно, я сейчас подвыгорела и притормозила со спасательством. Мне себя бы оплодородить, не до джунглей. Нет, я определённо неБрюс, Лен.

– Тогда зачем?

– На прошлой сессии, когда я рассуждала про «зачем?», ты сказала, что моё «зачем?» звучит как остановка. Что я даже интонационно произношу «зачем», как будто встаю как вкопанная. Иногда ты идёшь и не знаешь зачем. Но постоянно зачемкать и останавливаться – это сильно растянуть свой поход за смыслами. Сил и так мало. Надо идти и не спрашивать зачем. Видимо, я пойму, когда пройду. Иногда «зачем» – это замыкающий вагончик.

– Тебе что-то мешает идти?

– Да. Знаешь, я читала про джунгли. Они труднопроходимые из-за лиан. Лианы – это фактически тридцать процентов джунглей.

– Тебе мешают лианы? Они твои враги?

– Вот тут интересная мысль. Про врагов.

Лианы – это вообще-то растения, которые хотят к солнцу, но не могут. У них нет ствола, они не дерево. Они нуждаются в опоре. И находят её в деревьях, и окутывают их, и деревья «везут» их к свету. Они интересные, правда?

– Кто, лианы?

– Да. Ну вот смотри. Их называют «растения-паразиты». Что-то плохое будто. И ты говоришь: «Они враги». А по факту: ну вот им нужно солнце, но у них нет стебля, чтобы самим получить это солнце. И они решают эту проблему. Не ноют, а решают. Так, как могут. А могут они по-разному. Есть лианы вьющиеся, которые дерево спиральками обвивают. Есть корнелазящие, которые корнями крепятся к опоре. Есть опирающиеся: они шипами, крючками цепляются и держатся. Есть усиконосные – те, что усиками хватают опору. Ну то есть это растение, которое придумало, как решить свою проблему. Сделало это за счёт других, не спрашивая. Но не ныло инфантильно, а решило. И заполонило собой джунгли. Я даже не знаю, злиться на него или восхищаться. Это же прямо коучи по целеполаганию…

– И вот эти лианы мешают тебе идти?

– Ну да.

– А мачете у тебя есть? Нужно мачете, чтобы победить.

– Вот. Подбираемся к сути. Мачете – это нож. Это бить. Вырезать себе дорогу. Это меня ускорит, но… Лианы мне не враги. Они не мои враги. Мне их даже жаль: они без чужой помощи не могут получить солнце. Поэтому вынуждены искать выход. Я не хочу с ними воевать. А получается, что должна.

– Очень интересно. То есть ты вооружённая – как бы плохая? И ты не можешь себе разрешить быть плохой, я тебя правильно поняла?

– Да, наверное…