Шпионаж особого рода

Финансовой основой банковской системы Швейцарии является кальвинизм с его наилучшими добродетелями: умеренность, бережливость и честность. Швейцарский банкир строит свою деятельность на бескомпромиссной честности. Согласно теории, только молчание банкира оберегает добродетель, только честный человек прибегает к банковским секретам. Тайна — не что иное, как компенсация за честность. Банкир не возьмет и не даст взаймы денег людям, в добродетельности которых он не уверен, и осуществляет операции только в границах, строго очерченных церковью и государством. Извращение принципов и практическая подмена понятия «добродетель» понятием «корысть» не являются прерогативой кальвинизма. Это общепринятая, к сожалению, трактовка. Может, суровый Кальвин действительно считал, что к тайне могут прибегать только порядочные люди, ибо короли, желая избежать обвинений в грабежах и в то же время пополнить свою казну, прибегали к массовой резне богатых людей, обвиняя их во всех смертных грехах, от измены отчизне и королю до связи с дьяволом и собственной матерью. Когда обвинение, смертоносное, как ядовитое жало, — «враг церкви и короля» перестало действовать, нашли более убедительное и лаконичное обвинение— «враг народа». Из каких бы благих намерений этот узурпатор церковной и светской власти ни исходил, но неподкупная честность женевских банкиров стала приносить свои плоды: сначала в виде доверия, затем в виде доходов, которые с каждым годом росли. Честность, приносящая доход, всегда в чести, но эта деликатная — особого вида честность. Но когда деньги принимают и отдают вору и мошеннику, грабителю и диктатору, который превратил кровь миллионов в миллионы долларов, это порождает сомнения в разумности такой честности. Но это эмоции, а не бизнес.

Слава как о надежных банках с женевских перекинулась на остальные банки Швейцарии. Слава — это и реклама, и приток колоссальных средств. По плотности банков ни одна страна не может сравниться со Швейцарией. Имея порядка 7 млн человек населения, она открыла 4 тыс. банков.

Существуют крупные, известные во всем мире банки и банки приватные, порой без всяких указателей и вывесок. Если первые помещаются в огромных дворцах с мраморными колоннами и узорчатыми решетками, то вторые представляют собой старинные, солидные, потемневшие от времени особняки. Именно в такие банки и стремятся все те «добродетельные» люди, в которых банкиры Кальвина не сомневаются. Особняки расположены в лабиринте тихих улочек. Желающие могут попасть сюда через запасные ходы, которые выходят совершенно на другие улицы, соединяя «частные квартиры» с уютными приемными в глубине квартала. Это лишает тех, кто хочет проследить, куда пойдет владелец богатства, возможности уличить или выявить его счета.

Швейцарские законы предписывают банкирам удостовериться в личности клиента, узнать его адрес. Потенциальный клиент может протянуть удостоверение или водительские права и сообщить адрес, причем любой. Ни удостоверение, ни адрес официально не проверяются. А потому все эти «меры предосторожности» превращаются в фикцию. Да и как сомневаться в честности человека, который принес деньги!

Банкир, хотя и действует согласно принципам великого Кальвина, живет на наваре с этих денег. Банкиру неоткуда взять деньги, или он должен что-нибудь получить за хранение, а нередко и сам вынужден платить. Зарабатывает он тем, что дает деньги взаймы, полученные от вкладчика.

Богатых людей Швейцария привлекает не столь ко прекрасным климатом и живописными пейзажа ми, сколько низкими налогами на доходы. Простые смертные даже не подозревают, что такое — бремя богатства! Рутинная фраза, что швейцарский франк упал или доллар поднялся, услышанная в автомобиле на далеких Гавайях, заставляет учащенно биться сердце не одного мультимиллионера. Они также знают, что такое важное дело, как изменение курса валют, нельзя пускать на самотек.

«Мерседесы» и «роллс-ройсы», «линкольны» и «кадиллаки» время от времени, мягко шурша шинами, подкатывают к старинным особнякам, расположенным на «миле банкиров». С должным почтением миллиардера встречает лучший специалист банка, и начинается разговор о «фискальных проблемах» гостя. Другими словами — как обжулить государства, где помещены капиталы, как их гнать из страны в страну, чтобы не только не платить налоги, но чтобы в результате этих операций они еще и возросли. В тиши кабинетов банка миллиардер и банкир решают, какие валюты сбросить, какие приобрести и каковы прогнозы на ближайшее будущее различных валют. Разговаривая тет-а-тет, они делятся информацией, полученной через своих людей в различных государственных органах вплоть до министерских и президентских кабинетов. Можно представить результаты валютно-биржевой игры, когда миллиардер знает наверняка о том, что правительство Италии готовит проект девальвации своей валюты, в то время как японцы объявят о ревальвации иены! Массовый сброс лиры только усугубит и без того сложное положение Италии, но какое дело космополиту до итальянцев, даже если он сам уроженец Рима.