Си Цзиньпин – вождь Китая

Все же главная нагрузка, которая легла на плечи 54-летнего заместителя генсека, была не в дипломатической деятельности. Центр тяжести пришелся на работу в генштабе партии – Секретариате ЦК КПК. Этот важнейший орган ведает подготовкой всех решений высших эшелонов, связью с миллионами парторганизаций, подбором кадров разных уровней. Помимо этого зампред Си Цзиньпин стал персонально ответственным за состояние дел в Сянгане (Гонконге) и Макао (Аомэне). С учетом достижений в решении проблем шанхайского ЭКСПО-10 ему поручили руководить завершением подготовки и проведением другого мероприятия глобального измерения – Пекинских летних Олимпийских игр 2008 года… Одной из традиционных «нагрузок» будущего генсека было руководство Партийной школой ЦК КПК.

Эта «кузница партийных кадров» существовала практически на всех этапах развития Компартии Китая. Поначалу она действительно напоминала скорее школу, чем университет или академию. В Яньани ее ректором был сам Мао Цзэдун. Войдя в Пекин в 1949 году, коммунисты недолго думали о месте для своего единственного тогда учебного заведения. От летнего императорского парка Ихэюань отрезали солидный участок и отгородили его забором. Корпуса для занятий, библиотеки, общежития для слушателей (студенты там не водятся) и жилье для преподавателей стоят среди беседок, арок-пайлоу, мостиков и иных архитектурных изысков. Лебеди плывут по каналам, разноцветные карпы резвятся в прудах.

Приехав в Центральную партийную школу в качестве руководителя, Си Цзиньпин вспоминал нелегкие времена, проведенные там после изгнания семьи из Чжуннаньхая. Его мать работала преподавателем и имела на территории Партшколы служебное жилье. Там же поселились ее дети, Си Цзиньпин, его брат и сестра. Мне довелось не раз бывать в Центральной партшколе, гулять по ее парку среди памятников: «Нашему первому ректору Мао Цзэдуну», Марксу и Энгельсу, Конфуцию и Лао-цзы, Дэн Сяопину. В павильоне-библиотеке «Два вкуса» (вкус вина и вкус книг) с проректором и членами парткома Школы я обсуждал за чашкой чая свою первую книгу о Си Цзиньпине, изданную «для служебного пользования» в системе партийных школ Поднебесной. Рядом на озере покачивалась копия прогулочной лодки, на которой в 1921 году проходил 1-й съезд Компартии Китая. Мне показали музей Партшколы, а в книжном магазине вскоре прошла презентация моей книги «Си Цзиньпин: по ступеням китайской мечты».

Само собой разумеется, Си Цзиньпин не занимался повседневными делами Партшколы, доверяя их опытному проректору. Но он регулярно посещал «кузницу кадров», в которой проходили переподготовку перспективные руководители центральных и провинциальных партийных комитетов, государственных органов власти, университетов и научных центров. По традиции в число профессоров и преподавателей Партшколы отбирали самые светлые умы партии, способные к самостоятельному мышлению, теоретическим новациям. Именно такие люди могли войти в состав «мозговых танков», которые под руководством будущего лидера занимались разработкой новой, по существу, революционной программы переустройства партии и обустройства государства.

Создание кружков интеллектуалов всегда было характерно для Китая. Из них вышли реформаторы, пытавшиеся в конце XIX века наставить императора на путь прогрессивных изменений ради спасения отстававшей от Запада Империи Цин. Из университетских кружков родилось «Движение 4 мая», которое уже в ХХ веке породило Коммунистическую партию. Сколько кружков было создано Си Цзиньпином, кто входил в их состав – точно не известно. Скорее всего, некоторые участники «мозговых штурмов» и коллективной работы затем попали в состав руководящих органов партии и государства, стали близкими помощниками автора долгосрочного плана «Китайская мечта о великом возрождении китайской нации». Скорее всего, их роль при работе над этим планом развития Китая до 2049 года была похожа на роль учеников великих художников. Они прорабатывали детали, дорисовывали силуэты, убирали лишние фрагменты грандиозного полотна.

Авторство Си Цзиньпина в «Китайской мечте» и составляющих этот план отдельных стратегий не вызывает сомнений. До него ни один из руководителей КПК не выдвигал план, рассчитанный не на одну-две пятилетки, а на несколько десятилетий. Свои навыки долгосрочного планирования Си Цзиньпин отрабатывал на разных этапах своей партийной карьеры. Да и сами стратегические планы явно вытекают из реформ и политических кампаний, осуществленных в Хэбэе и Фуцзяни, Чжэцяне и Шанхае. Его драматический жизненный опыт и личные наклонности тоже просматриваются в важнейших решениях Компартии: от непримиримой борьбы с бедностью до глубокого уважения к мудрецам прошлых веков и современной интеллигенции.

Глава 2. «Китайская мечта» становится явью. Ключевые перемены «Новой эпохи»