Синица за пазухой. Рассказы и новеллы о войне и не только

Когда мы добрались до места, бой уже вовсю шёл. С одной стороны железнодорожная насыпь, с другой – заболоченный берег реки, не развернуться, поэтому вводили соединения постепенно, вместо того, чтобы обрушиться на врага всей силой. Впереди чёрный дым, пыль и грохот, ничего не ясно, где немцы, как далеко, какими силами обороняются, в приказе ничего об этом не сказано, всё как всегда спонтанно, на авось. Я держусь за командиром взвода, назад не смотрю. Солнце в тучах, низкая облачность, но всё равно становится жарко, люк открыт. Через боковые щели командирской башенки и перископический прибор МК-4 видны другие машины нашей роты. Можно было бы, конечно, вылезти наружу, там лучше видно, но нам приказано сидеть в башнях. Движемся медленно, с остановками. Вот наконец-то достигли задымлённой зоны, грохот стал сильнее, приходится кричать, чтоб тебя услышали. А вот и первые наши подбитые машины. Вонь стоит – дышать нечем. Чем дальше, тем темнее, будто внезапно вечер наступил. Движемся медленно, наугад. Стараюсь не отстать от ведущего. Что-то многовато наших подбитых танков. В эфире мат стоит – уши вянут. Первые 2 взвода нашей роты выдвинулись вперёд нас, мы на одной волне.

Ещё одна 34-ка горит прямо по курсу, объезжаем её слева вслед за комвзвода. Где же немцы? Почему потери только у нас? И как тут двигаться на скорости, если почти ничего не видно? Впрочем, иногда ветер разрывает пелену пыли и дыма, становится видно метров на 100-150, вокруг ровное поле, на котором только наши машины, некоторые стоят подбитые, некоторые горят, остальные двигаются вперёд. Однако же стоит только прибавить скорости, как дым смыкается снова над головой и опять видимость никакая и двигаться можно только на ощупь ползком. Видимо, немцы бьют по передним машинам, они горят, маскируя остальных, за ними выдвигаются следующие, их тоже подбивают, они тоже вспыхивают, усиливая «маскировку». И долго нам так идти? Пока всех не перебьют? Когда же наша очередь?

От всей этой картины расстрела становится не по себе. Сколько техники, труда вложено, сколько людей живых, обученных – и всё коту под хвост! Злость пробирает. Сейчас выберемся на чистое место и покажем вам, где раки зимуют!

При всех своих достоинствах 34-ка – довольно уязвимая машина. Немецкая 88-мм зенитка пробивает её насквозь. Надеюсь, что сегодня мы с ней не встретимся. Кроме того, немцы переоснастили свои танки и самоходки 75-мм пушками, они тоже пробивают нашу броню с любой стороны с километра. А ещё есть у них и 50-мм противотанковые, так что ухо надо держать востро, двигаться быстро, маневрировать и стрелять первыми.

Ведущий останавливается, мы вслед за ним. Что там случилось? Ага, поворачивает влево, видимо, приказано взять в обход. Мы, конечно, при этом подставляем бок, но нас же всё равно пока не видно. Кручу перископ влево-вправо, кругом дым.

У меня странное чувство. Утром я волновался, аж озноб бил, а сейчас вот успокоился, как будто всё не со мной происходит, будто я кино смотрю, не верится в реальность происходящего, настолько всё непривычно, настолько страшно. Впереди, похоже, пригорок, вершины не видно, тут дым пореже, потому что мёртвая зона, немцы не видят нас и потерь тут нет. Но вот сейчас поднимемся на него и… В шлемофоне сплошной галдёж, все кричат одновременно, ничего не разберёшь. «… седьмой! Не отставать!… димости никакой… не растягиваться!… Восьмой! Твою мать!… Левее возьми, что ты поперёк батьки лезешь!… Первый взвод вверх, остальные обходят высоту слева!…» Грохот становится ещё сильнее. Впереди за пригорком кто-то стреляет из орудий, видимо наши, немцы дальше, их не должно быть слышно.

Ну, вот мы и на вершине холма, внизу относительно чистое пространство, впереди наши танки, некоторые горят. «Рота, слушай мою команду! Первый взвод на максимальной скорости, маневр через каждые 10 секунд. Второй и третий взводы следом! Вперёд!». Ну, всё, началось. Толкаю водителя обоими ногами в спину, двигатель взревел, машина дёрнулась и помчалась вниз с холма. Трясёт, подпрыгивает, не успеваю осмотреться. Где немцы? Откуда бьют? Передние машины стреляют с коротких остановок куда-то вперёд. Перед одной из них болванка отрикошетила от земли, распахав её, и унеслась куда-то дальше. Повезло. Промахнулись. Один раз надавливаю левой ногой в плечо водителю, он понимает, меняет направление, берёт чуть влево. Ищу глазами немецкие позиции. Видимо, до них ещё далеко. Ничего не видно. Впереди какая-то возвышенность, видимо, они там и окопались. До неё не меньше километра. Может и удалось бы разглядеть пыльные столбики от дульных тормозов их орудий, если бы на месте стояли, а так хрен что увидишь, картинка скачет, меняется. Нажимаю правой ногой, берём чуть правее.