Сказки о самой душевной науке

Роботы не видели девочку, ростом едва достигавшую им до пояса, и продолжали двигаться совершенно беспорядочно. Так что Юле, которая направилась прямиком к ящикам, грозила серьезная опасность оказаться раздавленной этими электронными великанами. Она уже благополучно достигла ближайшего ящика, увернувшись по дороге от двух слепых роботов, но в тот момент, когда девочка наклонилась над раскрытым ящиком, рассматривая его содержимое, одному из строителей вдруг пришло в голову помчаться прямо на нее. Еще секунда – и от Юли осталось бы только мокрое место, но Гаф Гафыч, словно огромная мохнатая пуля, ударил робота в бок и опрокинул его на землю.

Тут же рядом появился страшно озабоченный Пси-Маг.

– Надо уметь сдерживать свои порывы и хотя бы иногда советоваться со старшими и более опытными, – сварливо заявил он, осуждающе глядя на Юлю снизу вверх. – В конце концов я несу ответственность за вашу жизнь и здоровье, а вы, простите, рискуете ими совершенно неоправданно!

– Гаф Гафыч, миленький, последи, пожалуйста, за роботами, чтобы они случайно нас не раздавили, – попросила Юля пса, не обращая внимания на брюзжание Пси-Мага. – А мы пока попробуем разобраться с этим самым «общим языком».

Гаф Гафыч кивнул, лизнув растревоженную раненую лапу, и уселся, повернув морду в сторону суетящихся строителей. Юля и Пси-Маг, все еще качавший головой с видом оскорбленного достоинства, принялись разбирать предметы, лежащие в ящике. Здесь было полно всякого хлама: инструментов непонятного назначения, гвоздей, болтов, металлических обломков и деталей от неизвестных механизмов. Юле удалось найти довольно много прямоугольных пластин, похожих на те, что пытались использовать роботы-строители.

– Смотрите-ка! – вскричала она. – Вот здесь, с краю, на них специальные метки – буквы!

– Да. Верно. Давай посмотрим, какие буквы встречаются чаще всего.

Через минуту стало очевидным, что больше всего в ящике было пластин с нанесенной на них буквой «В».

– Я думаю, это то, что нам нужно, – сказал Пси-Маг.

– Но как мы прикрепим эти «языки»? – растерянно спросила Юля. – Они же носятся как угорелые, и ничего не видят и не слышат.

– Сами прикрепят, – усмехнулся Гаф Гафыч.

Он осторожно взял зубами одну пластину из рук

Юли и ловко сунул ее в металлическую ладонь ближайшего робота. Тот мгновенно приладил ее к своему «лицу». Гаф Гафыч, ловко лавируя между мечущимися строителями, быстро раздал каждому из них по пластине с буквой «В».

Пока роботы по-прежнему друг друга в «упор не видели». Но вот столкнулись двое, соприкоснулись пластинами – и как по волшебству – «прозрели»! Они с лязгом обнялись, что-то весело сказали друг другу и принялись возвращать другим роботам дар видеть и общаться.

Пластина с буквой «В» действительно оказалась «общим языком». Через несколько минут беспорядочное движение в яме прекратилось. Роботы перестали обниматься, обмениваться шутками и дружелюбно тыкать железными кулаками в плечи приятелей. Они наконец обратили внимание на трех живых существ, казавшихся букашками среди огромных электронных механизмов.

Вперед шагнул робот, на плече которого переливалась вычурная голограмма, – видимо, старший из них.

– Мы чрезвычайно благодарны вам за помощь. Почти три года мы искали общий язык в этом котловане, чтобы продолжить строительство. И если бы не вы, эти поиски могли продолжаться столетия. Спасибо вам!

– Пожалуйста, всегда рады помочь, – сказала Юля, чуть покраснев от этих пафосных слов. – А… что вы хотели здесь строить?

– Наш главный роботоконструктор кузнец Вавила дал нам задание построить для него новый исследовательский институт громадных размеров – Вавило-НИИ. Но нас кто-то лишил общего языка, и поэтому строительство встало.

– Как вы сказали? – почему-то встрепенулся Пси-Маг. – Что вы строили? Вавило… н..? Надо же! – И он весело рассмеялся.

– Но теперь-то мы его уж точно построим! – уверенно сказал робот, судя по всему, не понявший причины его смеха. – До самого неба. Это я вам как прораб обещаю. Теперь, когда у нас есть общий язык, я сумею организовать нормальное прорабобщение.

– Порабощение? Чье порабощение? – растерялась Юля, а Гаф Гафыч насторожился и ощетинился: он ужасно не любил, когда кого-нибудь порабощали.

– При чем здесь порабощение? – удивился робот. – Прорабобщение – общение про работу. Чтобы мы, строители, могли согласовывать свои действия.

…Прежде чем двинуться дальше, путники поужинали в компании симпатичных электронно-механических строителей. Роботы, не нуждавшиеся в пище и, следовательно, не занимавшие челюсти жеванием, рассказывали о грандиозном проекте кузнеца Вавилы, о создании величайшей башни своего научнейшего института, а перед расставанием, что называется, на десерт, поведали своим спасителям старинную сказку роботов. В ней речь шла как раз об общем языке.

Старинная сказка роботов о языке без слов