Сказки о самой душевной науке

– Не обижайтесь, Ваше Величество, но вряд ли. Ведь это обыкновенная электронная панелька, на ней микросхемы – и все! В ней нет ничего волшебного. Она может быть полезна только одному-единственному существу во Вселенной – Эльчику с планеты Собакилия. А для других стать Ключом Понимания она не сможет.

– Нет! – закричал король Бесконтакт. – Я не могу лишиться последней надежды! Я хочу понимания!

Юля улыбнулась:

– Для того чтобы человека понимали другие люди, никаких особых Ключей не надо.

– Сейчас, например, мы же вас понимаем, – сказал Гаф Гафыч.

Король, которого била нервная дрожь, вдруг замер и несколько секунд удивленно смотрел на собаку. Потом перевел взгляд на зажатый в ладони прямоугольник.

– Вы… понимаете? Значит… значит, он стал помогать! – не очень уверенно произнес король. – Наконец-то.

– Вы думаете, Ваше Величество, что мы сумели понять вас из-за него? – удивилась Юля. – Можем проверить, так ли это. Попробуйте пообщаться с нами без него – что получится?

Бесконтакт, подумав, бережно снял с шеи медальон и положил его рядом на пол.

– Ну, вот и хорошо, Ваше Величество, – ласково сказала Юля. – А теперь сядьте, и давайте поговорим.

Глава 21

Когда приходит понимание

Настойчивый стук в толстую металлическую дверь беглецы, уже потерявшие надежду на спасение, восприняли с недоверием. Подружитель подковылял к двери и прислушался, пытаясь разобрать звуки с той стороны.

– Открывайте! Открывайте! – раздался знакомый голос, но не из-за двери, а от потайного хода в стене, откуда, отряхиваясь, выбирался Гаф Гафыч. – Там Юля.

Подружитель поспешно отодвинул засов. В комнату вошла сияющая Юля. За ее спиной толпились стражники, физиономии которых выражали крайнюю растерянность.

– Все в порядке! – весело сообщила девочка. – Вы свободны, друзья!

– Ключ Понимания у тебя? – недоверчиво спросил Пси-Маг.

– Вот он! – Юля продемонстрировала панельку с микросхемами. – Идемте. Король ждет нас. Мы должны помочь ему подготовить несколько важных указов.

– Постой! Не могла бы ты прежде объяснить нам, что же произошло? – воскликнул Пси-Маг.

– Может, это коварный обман короля? – подозрительно спросил Джек Подружитель. – Сейчас выйдем, а нас – раз! – и за решетку.

– Да нет же! Мы просто хорошо пообщались с королем Бесконтактом, и…

– ПООБЩАЛИСЬ С КОРОЛЕМ БЕСКОНТАКТОМ?! – хором переспросили пониманьяки (именно так они произнесли – сплошь заглавными буквами).

Юля взглянула на их вытянувшиеся от изумления лица, рассмеялась и сказала:

– Ладно. Сейчас я все объясню. Но только коротко. Все-таки король ждет.

И девочка стала рассказывать. В ее рассказ деликатно вмешивался Гаф Гафыч и иногда добавлял несколько слов. С тем, как они добрались до королевской спальни и встретились с Бесконтактом, читатель уже знаком. Но вот что они узнали от короля Бесконтакта.

Король и королева – родители нынешнего властителя – не отличались особой общительностью и открытостью, но никогда не возводили борьбу за разрыв всех контактов в ранг государственной политики.

Три года назад они неожиданно тяжело заболели и вскоре умерли. Власть в королевстве перешла оставшемуся сиротой двенадцатилетнему принцу Донату. До этого момента мальчик рос в одиночестве. Родители всячески оберегали его от общения со сверстниками, поскольку никто не мог быть равным ему по положению. В результате он стал замкнутым и нелюдимым.

Со дня коронации он оказался начисто лишен нормального человеческого общения, потому что все придворные относились к нему со страхом и почтением, как к грозному правителю, и никогда не были с ним открыты и искренни. Но ведь именно теперь, став подростком, он так мечтал об общении, дружбе, душевной близости. Он так стремился вырваться из цепей одиночества, в которых оказался, потеряв родителей. Но это оказалось абсолютно недостижимым для всесильного короля.

Отчаявшись найти понимание среди вельмож своего двора, он поступил так, как часто поступают подростки: стал делать противоположное тому, к чему его влекло, – как бы назло другим и самому себе. Он объявил войну всем контактам и всем формам общения. Заявил (и сам в это поверил), что одиночество – это прежде всего независимость.

По-видимому, отчасти на него повлияло и то, что во время болезни его родителей врачи постоянно твердили, что причиной инфекции могли стать неосторожные контакты короля и королевы с какими-то просителями и что в целях предосторожности, дабы не заразиться, принцу не следует контактировать с кем попало.

Слово «контакты» стало отвратительным юному принцу, так же, как слова «связи», «общение», «отношения». И Триодиннадцатое Королевство было переименовано в Королевство Разорванных Связей, а принц Донат стал королем Бесконтактом.

И колесо завертелось – при этом во многом уже независимо от самого короля.