Слишком большой соблазн

Самолюбивая Вера, которая терпела всю жизнь давление властного мужа, его любовниц, не выдержала, плюс ко всему этому вскоре появился сын. В это же время был загнан несправедливостью в угол жизни Стас. Как Вера вышла на бывшего участкового? Как смогла убедить его совершить преступление? Сколько заплатила? Все это выяснится дознанием, а ее журналистское дело — найти причинно-следственные связи человеческих отношений, которые рвутся под напряжением обмана, лжи, предательства и подлости. В личной истории она изменит фамилии, она назовет Веру «женщиной из окружения Яценко». Юля образно даст понять читателям, что большая часть жизни «космического бога» основана на лжи, подлости и предательстве, которая разрушала все вокруг. В качестве документальных аргументов она приведет цитаты из справок и актов проверки. Такое опасное селфи с космосом у нее получается. Юля не подвела Заурского.

Глава 39

Генеральный директор «Орбитальной группировки» Роман Петрович Шарулев был раздражен. Время, когда он упивался должностью и прилагающимися к ней почестями, пролетело мгновенно. Он ощутил, что несвободен, и дело, конечно, было не в фактическом перемещении в пространстве, Роман был повязан обстоятельствами, обещаниями, договоренностями. Он чувствовал себя как жук, попавший в паутину, и чем активней он двигался, тем больше в этой сети запутывался. Самое противное, что не он эти обязательства брал, они были чужими, не он подписывал договора, а вся тяжесть ответственности легла на него. Самыми сложными оказались обязательства перед государством, которое четко диктовало Федеральными программами объемы выпускаемой предприятием продукции, то есть количество спутников, но рассчитываться за свои заказы не спешило. А все вокруг словно сговорились и только и делали, что отвлекали Романа от работы.

Сегодня к нему на встречу напросился мэр Вороткин. Роману так не хотелось вникать в проблемы власти, когда своих дел по горло, но отказаться он не мог. Впрочем, неизвестно, сколько еще останется Вороткин у власти. Кресло под мэром качалось. Местная газета опубликовала скандальный материал о его сынке, и теперь папаше продолжение политической карьеры не светит. В отношении сынка идет проверка. Вороткину надо было лучше приглядывать за своим чадом. Вон Бразгин, сколько власти в руках было у человека, а тоже «сгорел» из-за сыночка. Шарулев помнил, как Дмитрий Олегович проводил пресс-конференцию, писак мало интересовала космическая тематика и убийство Яценко, зато привлек факт, что сын Бразгина сбил человека. Хорошо, что Романа бог миловал, но с сыном надо поговорить обязательно, события, они ведь как сообщающиеся сосуды, одно от другого очень сильно зависит.

Разговор с мэром не складывался, каждая из сторон понимала, что хочет, только их желания не совпадали.

— Если я буду участвовать в выборах, то могу рассчитывать на вашу поддержку?

Роман подумал, что это уже наглость со стороны власти. «Заляпался сам и меня хочешь измазать?»

— У нас сейчас другие времена, народ нельзя на работе агитировать, не имею права.

— А на финансовую поддержку можно рассчитывать?

— Вот это точно нет. — Шарулев даже оскорбился. — Деньги на ветер?

Плохо же мэр его знает. Нет, с деньгами очень напряженная ситуация. Не получится.

Вороткин так и отправился из его кабинета ни с чем.

Пусть он занимается своими выборами сам, Роман с политическими трупами дел иметь не собирается. У него по горло своих обязательств. Да не просто своих, а навязанных. Это люди, которых надо принять на работу, да не просто на работу, а на хорошую должность. Пожелания, которые нужно исполнять как приказы, их было много и от нового начальника Космического управления, и от Нестора, и от собственной жены, наконец, которая вынудила взять на работу заместителем по безопасности своего одноклассника Николая.

— Я тебя хоть однажды о чем-то просила? — кричала Татьяна.

— Не просила и не надо! — огрызался он.

— Он тебе, между прочим, помогал, я к нему обращалась.

— А почему я об этом не знаю?

— Потому что он из той конторы, которую лучше не знать!

Она допекла его так, что Роман был вынужден согласиться, и Николай Петрович Панин стал работать у него замом. Кстати, как раз об этом назначении он не пожалел, Панин — мужик оказался толковый, грамотный.

С большим удовольствием он сделал только одно кадровое назначение — посадил себе в приемную Машу, которая на время, она подчеркивала это, на время решила перебраться в его город. Съемную квартиру в Москве он продолжал для нее оплачивать, и здесь выделил ей из директорского фонда служебную квартиру, дал хорошую зарплату и давал мелкие поручения, чтобы девочке не было скучно. Утром они вместе пили кофе в его кабинете, и она умела подавать ему кофе так, что у Романа целый день было хорошее настроение.

Плохо дела обстояли только на одном «фронте»: Черноморском побережье, где, как выяснила проверка, санаторий действительно был построен с нарушениями и несколько коттеджей были оформлены на супругу Яценко — Веру Михайловну.