Смерть приходит с помидором

– Ну нет, ради вросших ногтей тигра уродовать не будем, – доктор Никита отказался брить тигра. – Если бы большая полостная операция, тогда да, тогда побрили бы. Совсем ничего не видно?

– Видно, что спит и прямо сейчас не проснется, а подробности – нет, – честно призналась Варвара. – Сон неглубокий, но работать можно.

– Ну с нас и того хватит.

Доктор Никита ловко удалил вросшие когти. Каждый – длиной с палец Варвары.

– Хотите один на память? – спросила ее рыженькая девушка. – Мы тут все коллекции собираем. У меня когтя бенгальского тигра тоже еще нет. Я себе один возьму.

– Хочу, конечно! – обрадовалась Варвара. Она его в оправу вставит и будет кулон – ни у кого такого нет.

Девушка аккуратно завернула коготь в салфетку, отдала Варваре.

– ЭКГ хорошая, – сказал доктор Никита. – Сейчас УЗИ.

На УЗИ тоже патологии не нашлось. Варвара сделала несколько фотографий – студентам показать. Не каждый же видел, как выглядит кровоток в брюшной аорте белого бенгальского тигра.

– Хотите, я вас с ней сфотографирую? – предложила рыженькая девушка, глядя, как Варвара упоенно снимает УЗИ-монитор с яремной веной. – А то, что вы всё кишки фоткаете.

Сфотографировали Варвару на фоне спящей тигрицы.

– Еще с ружьем, – сказал Никита, моя руки. – С ружьем все гости фотографируются.

Варвара послушно сфотографировалась с ружьем, из которого стреляют снотворными пулями. Ей очень нравилось все происходящее. Никита развязал тигрице желтые ленты с лап и головы, убрал «прищепку» с языка, откатил аппарат УЗИ, вынес инструменты.

– Она просыпается, – спокойно сказал он. – Выходите за двери быстро.

Все выскочили, доктор Никита – последним. Хинду лежала на боку на матрасике. Прошла минута, другая. Хинду зарычала, не вставая, потом попыталась приподнять голову.

– Подальше от клетки, – предупредил Никита, глядя на Варвару. – Ей сейчас будет очень плохо после наркоза, и она может броситься на решетку. И достать лапой.

– И лапки у нее болят, – посочувствовала Варвара.

– Лапы я обезболил, ей пока не больно.

Тигрица встала, шатаясь, зарычала.

Доктор Никита быстро выставил всех в коридор, чтоб не раздражали животное.

– Короткий перерыв, попьем чайку, а потом второй тур. Операция у обезьянки капуцина. Это не наш капуцин, а частный, его держит как домашнее животное пожилая семейная пара.

– Я не понимаю, как можно держать дома капуцина, они такие неопрятные, – сказала одна из девушек. – Лучше гиену, ей-богу.

– Этот капуцин по имени Сема маленьким был очень мил, но повзрослел и сделался агрессивным, – продолжал доктор Никита. – И хозяева обратились к нам с просьбой кастрировать его, вот как котов кастрируют. Тогда он снова станет ласковым. Может быть. Ну они имеют право. Мы делаем такие операции – платно, конечно, все законно. Но есть еще момент: когда этот капуцин злится, у него белеет носогубный треугольник. Так что возможны проблемы с сердцем. Мы сделаем заодно ЭКГ и УЗИ сердца. Обезьянка маленькая, легко передозировать наркоз. Вы не будете возражать против мониторинга на второй операции?

– Да хоть десять, – искренне сказала Варвара. – Мне так у вас все нравится.

Все заулыбались – приятно, когда пришлый человек одобряет то, что ты любишь.

На второй операции БИС-мониторинг получился высший класс! И брить не пришлось, на головенке капуцина волосенки реденькие. Вот только датчики велики по размеру. Пришлось прибинтовать их, чтобы не соскочили, и вид у спящего Семы стал просто боевой и раненый.

– Мы зря кичимся своим умом, – сказала Варвара, глядя на кривые энцефалограммы. – Стадии глубины наркоза у этой обезьянки практически совпадают со стадиями глубины наркоза у человека. И цифры биспектрального индекса тоже. Смотрите, было 64, потом 68, потом 71. Глубина наркоза постепенно снижается.

– Это соответствует гемодинамике, – кивнул доктор Никита. – А ЭКГ у него и вправду плохая. Смещение сегмента RS-Т выше изолинии. Действительно, признаки какой-то ишемии. Не зря у него личико бледнело при крике. Что там наркоз?

– Спит пока, работайте, – сказала Варвара. – Надо же, как похоже на человеческую ЭЭГ в наркозе третьей стадии. Скажите, Никита Сергеевич, вот мои хирурги регулярно отгоняют от отделения Смерть. А к вам в зоопарк Она заходит?

– Почти нет, – ответил доктор Никита. – Может, тигров боится. Вообще у нас звери в основном здоровые. А у вас люди – нет.

– БИС-индекс поднимается. 86. 88. Вторая стадия наркоза. 90. Поверхностный наркоз.

– Ничего, я успеваю. Уже заканчиваю.

– А у зверей Смерть такая же, как у людей? Ну, белесая, большая. Или у тигров большая, полосатая и с хвостом, а у капуцинов маленькая? А у лягушек из террариума вообще крохотная, с выпученными глазками? У каждого вида животных своя Смерть?

Доктор Никита засмеялся.

– Смерть на всех одна, – сказал он.

Глава пятнадцатая. В зоопарке пьют чай

– Чашки доставайте. Удивительно, чай еще не весь выпили.

– Что, Никита Сергеевич, собираешься на вебинар?

– Да хорошо бы. Тема прямо наша.

– Вебинар бесплатный?

– Нет, платный.

– Никита будет на него зарабатывать, отрезая яйца у капуцинов.