Смоленск. Полная история города

Другим ярким музыкальным впечатлением раннего детства был перезвон колоколов родовой церкви Глинок. Маленький Миша не только с упоением слушал колокольный звон, но и пытался воспроизводить его дома с помощью медных тазов. Очень возможно, что эта страсть, зародившаяся в детстве, помогла впоследствии найти блестящее применение колокольного звона в финале его оперы «Иван Сусанин».

Страсть к музыке прорвалась у М.И. Глинки лет в десять-одиннадцать после одного из концертов оркестра дяди Афанасия Андреевича. Тогда исполнение погрузило мальчика в «неизъяснимое, томительно-сладкое состояние», произведя «непостижимое, новое и восхитительное впечатление». Он так разволновался, что стал рассеян и на недоуменный вопрос учителя рисования ответил фразой, которая вошла в историю: «Что же делать? Музыка – душа моя». С этого времени страсть к музыке уже не покидала М.И. Глинку никогда.

После смерти Фёклы Александровны будущий композитор перешел в полное распоряжение матери, приложившей все усилия, чтобы стереть следы бабушкиного воспитания. С десяти лет он начал учиться игре на скрипке и фортепиано, и первой его учительницей была приглашенная из Санкт-Петербурга Варвара Федоровна Кламмер.

В 1817 году родители привезли Михаила в Санкт-Петербург и поместили в пансион при Главном педагогическом институте (в 1819 году он был переименован в Благородный пансион при Санкт-Петербургском университете). Там его гувернером был поэт-декабрист Вильгельм Карлович Кюхельбекер, чья родная сестра Юстина (Устинья) вышла замуж за Григория Андреевича Глинку (1776–1818) – двоюродного брата отца композитора и также уроженца Смоленской губернии.

В пансионе Михаил Глинка начал сочинять музыку и стал популярен как автор замечательных романсов. Дальнейшая его жизнь уже не была связана со Смоленском. Правда, он говорил: «Новоспасское – рай земной» и иногда приезжал в родной дом. И каждый раз, приезжая, он продолжал сочинять новые музыкальные произведения.

За свою короткую жизнь (Михаил Иванович прожил неполных 53 года) он приезжал в Новоспасское более двадцати раз: иногда на полгода, иногда на несколько дней.

Глинка посетил много стран, где провел двенадцать лет. Это Италия, Германия, Австрия, Польша, Швейцария, Франция и Испания. Но где бы он ни был, он скучал по родине и писал домой нежные письма. Родное гнездо обогащало его физически и духовно.

«В начале сентября, – читаем мы в его «Записках», – я возвратился в Новоспасское и, отдохнув, с новым рвением принялся за музыку». Это был 1823 год, когда М. И. Глинка вернулся из Пятигорска, где лечился минеральными водами.

Первая половина дня (а вставали в селе довольно рано) отводилась музыкальным занятиям: Глинка сочинял музыку или играл на рояле. «Хандрил иногда немного, – отмечала сестра Л. И. Глинка-Шестакова. Но музыка его воскрешала. После этого он чувствовал себя обновленным, был весел, затевал шумные игры с домашними.

Михаилу Ивановичу нравилась веселая атмосфера Новоспасского. Позднее композитор написал: «Ежедневно утром садился я за стол в большой и веселой зале в доме нашем в Новоспасском. Это была наша любимая комната; сестры, матушка, жена, одним словом, вся семья там же копошилась, и чем живее болтали и смеялись, тем быстрее шла моя работа. Время было прекрасное, и часто я работал, отворивши дверь в сад, и впивал в себя чистый бальзамический воздух».

Приезда М. И. Глинки в Новоспасское всегда ждали с нетерпением. Слуга композитора Алексей Нетоев вспоминал: «В Новоспасском он почти всегда был в отличном расположении духа, да и вся семья, вся усадьба праздновала его приезды и оживлялась. Все знали, что Михаилу Ивановичу ни в чем не будет отказа от матери и что он любит деревенские пляски, песни, хороводы, игры <…> Угощения не щадились, пития и яства разносились в изобилии, и подгулявшая слегка дворовая молодежь, а с нею и старшие, почтенные слуги веселились от души, пели, плясали, водили хороводы и другие игры, и Михаил Иванович был вполне доволен их весельем и всегда сам принимал в нем участие».

В Новоспасском Михаил Иванович не мог жить без песен. Об этом знали и всегда приглашали в дом крестьян, отличавшихся способностью к пению, красотою голоса. Композитор слушал их завороженно.

Кстати, именно в Новоспасском М. И. Глинка написал многие сцены «Ивана Сусанина». И там в воображении композитора складывались фрагменты оперы «Руслан и Людмила» – на партитуре арии Руслана имеется авторская пометка: «1 сентября 1840 года. Новоспасское». От крестьян он услышал свадебную величальную песню «Из-за гор, гор высоких», мелодией которой начинается его знаменитая увертюра «Камаринская». В Новоспасском было создано много романсов и фортепианных пьес.

В усадьбе была парадная зала, единственная комната, имевшая выход на балкон, и там за столом любил работать великий композитор.