Смоленск. Полная история города

Проза – это отдельные главы книги очерков «Родина и чужбина». Там у А. Т. Твардовского читаем: «Город Смоленск был у нас за все города. Для деревенского мальчика он открылся много лет тому назад как особый и чудесный мир, с особыми, необычными для детской души приметами и законами жизни. Настали тяжелые для Родины времена, и одной из первых жертв подлого вражеского нападения оказался мой родной город, мой Смоленск. Въезжая в Смоленск, я ощущал себя и тем, кто родился в Смоленске, из Смоленска ушел на войну, и кому еще предстоит вернуться туда».

Твардовский пишет: «Очень трудно передать то волнение, с каким человек приближается к городу, который был ему городом за все города, в котором он жил, учился, начинал думать о жизни широко и смело, как думается о жизни в юности».

Вид разрушенного родного города помог поэту осознать то, насколько Смоленск ему был дорог.

Приехавший в Смоленск после освобождения города от фашистов Твардовский увидел такую картину: «Утренний дым возрожденного к жизни города поднимается над новыми и старыми, полуразрушенными и полностью или частично восстановленными стенами зданий. По внешним признакам город еще многим напоминает о днях нашествия, но приходится удивляться тому, что за один год так много сделано для его восстановления. Вода течет из кранов, дети играют на площадке возле школьного здания, которое я видел год назад в печальных дымах затухающего пожара. В городе, просто сказать, много людей – признак жизни».

При описании Смоленска своего детства и юности А. Т. Твардовский во главу угла ставит необычный рельеф местности, обращая внимание на выбор верного ракурса лицезрения города: «Со стороны этого [Киевского] шоссе он открывается слишком медленно и, как говорят, вида не имеет. Гористый, овражистый, застроенный по уступам, он лучше всего выглядел со своим белым собором, темно-коричневой старой стеной, когда, бывало, подъезжаешь к нему поездом. Ровная линия Днепра, лежащая вдоль привокзальных путей, выгодно подчеркивала изломы зеленых высот, выносящих дома и домики, церквушки и башни стены вверх-вверх, так, что казалось – каждое здание города видишь целиком».

Всматриваясь в возрождающийся родной город, А. Т. Твардовский обнаруживал глубокую историческую перспективу и величественность вобравшего в себя труды многих поколений Смоленска. Время как будто материализовалось. «Вглядываясь в то, как опустошенные и обезображенные огнем стены больших домов там и сям на протяжении улицы вновь приобретают жилой вид, начинаешь понимать, какая это тяжелая, сложная и многослойная громада – старинный город. Медленный, непрерывный, необозримый в своем объеме труд многих поколений людей! Время, обнимающее собой и первый камень, заложенный на месте Свирской церкви, одного из древнейших памятников русского зодчества, и нынешнюю кирпичную кладку, выравнивающую и ведущую вверх какую-нибудь выщербленную взрывом и закопченную огнем стену дома».

* * *

Смоленск был освобожден в сентябре 1943 года, и Твардовский смог встретиться с отцом, матерью и сестрами, смог побывать в родном Загорье. Беседы со смоленскими жителями, поездки по освобожденной, но еще недавно оккупированной территории – все это не проходило бесследно, откладывалось в памяти. И это подтолкнуло Твардовского к написанию поэмы «Дом у дороги».

«Дом у дороги» – это не только лирическая хроника, но и гимн, прежде всего, материнской любви. И женщине-крестьянке, и женщине-матери. Но вместе с тем и женщине – хозяйке дома, труженице. И женщине-жене – домовитой, преданной, деловой и сердечной.

В поэме наиболее разработан центральный образ Анны Сивцовой в ее трех главных ипостасях: матери, жены и домохозяйки-крестьянки.

В поэме несколько раз упоминается Смоленск. Один раз – когда поэт говорит о подвиге женщин Смоленщины:

Но шла, гудела, как набат,Беда по всей округе.За черенки взялись лопат,За тачки бабьи руки.Готовы были день и ночьКопать с упорством женским,Чтоб чем-нибудь войскам помочьНа рубеже смоленском.

Другой раз – когда поэт говорит о Великой Победе и о тех страданиях, которые пришлось пережить жительницам Смоленщины:

Нет, мать, сестра, женаИ все, кто боль изведал,Та боль не отмщенаИ не прошла с победой.За этот день одинВ селе одном смоленском -Не оплатил БерлинСвоим стыдом вселенским.