Смоленские кривичи. Держава на Днепре

На подмогу Долгорукому явилось большое войско половцев. С ними князь Юрий двинулся к Киеву и стал на лугу против города. Пехоту послал в лодках окружить Киев со стороны Днепра. Несомненно, воины должны были переправиться через водную преграду и помочь степнякам в деле осады. Но Изяслав снарядил собственный речной флот, состоящий из крытых ладей, в которых прятались лучники, одетые в броню. Этот флот отогнал лодки Юрия, и Долгорукий попал в неприятное положение, так как был отрезан с половецкой конницей на киевском берегу. Князь пытался вырваться из ловушки, маневрировал, уходил от врага, но войска и ладьи Изяслава преследовали его по пятам. Лишь у Витичева брода северским князьям удалось обойти неприятеля и высадиться с полками на киевском берегу, что изменило ситуацию в корне. Долгорукий собрался с силами, пошел на Киев и разбил лагерь у речки Лыбедь. Предполагалось дать генеральное сражение под стенами города.

Изяслав Мстиславич (теперь его можно звать Волынским) встал против Долгорукого перед Золотыми воротами, а рядом устроился «добродушный» Вячеслав, номинальный великий князь Киевский. Изяслав Давыдович, черниговский беженец, поставил свой полк между Золотыми и Жидовскими воротами; у самих Жидовских ворот выстроил своих смолян Ростислав. Еще один союзник Изяслава Волынского, Борис Городенский, оборонял Ляцкие врата.

Первым атаковал Долгорукий. В авангарде (или, как говаривали тогда, «в челе») его воинства находились половцы, а при них Андрей (Боголюбский). Половецкие удальцы набросились на полк Изяслава Волынского. Атака степняков была отбита, но Долгорукий считал позицию у Золотых ворот ключевой и бросил туда подкрепления – тяжелую конницу и пехоту из русских полков. Он видел стяг Изяслава и хотел одним ударом решить исход битвы. Другие пункты позиции его не интересовали. Возможно, этот замысел оказался ошибочным, так как превратил лихую схватку в битву на истощение.

Изяслав Волынский взял из полков союзных князей часть войск, перевел их на главное направление, выдержал атаку противника, измотал в бою и неожиданно контратаковал. «И так оные с предводительством искусных воевод храбро наступили, – пишет В.Н. Татищев, – что, половцев разогнав, полки перешедшие в Лыбедь вогнали, многих побили, других в плен взяли» (История Российская. Т. 2. С. 266). Сражение было проиграно Долгоруким, а Киев спасен. Войска Юрия и северских Ольговичей отступили к Белгороду-на-Днепре. Изяслав и Ростислав хотели преследовать противника, но «добродушный» Вячеслав всё испортил, потому что боялся какой-нибудь хитрости со стороны Долгорукого и остановил преследование.

Тут прошел слух, что на подмогу Юрию спешит Владимирко с галицкими полками. Изяслав Волынский заволновался. Требовалось срочно добить Долгорукого, чтобы не допустить его соединения с галичанами.

Войска Изяслава настигли Юрия, началось сражение, но Вячеслав опять показывал свое нерадение и тормозил приказы. То ли он окончательно выжил из ума, то ли не по душе ему была война с братом Юрием.

Изяслав Волынский со своей дружиной, верными людьми и смолянами наседал, однако, на противника и вынуждал принять бой. Сам Долгорукий устранился от командования войсками. Он поручил начальство Андрею.

8. Битва у реки

Противники сошлись на реке Малый Рутец.

Изяслав и Ростислав Мстиславичи в полном согласии вознамерились атаковать врага. Смоляне жаждали боя, добычи, славы. Построились. «Добродушный» Вячеслав паниковал, увещевал, просил одуматься и помириться, но братья Мстиславичи сделали ему серьезное внушение, и старик унялся.

Изяслав Волынский выстроил войска в линию и приказал всем следить за действиями его полка: лишь только этот полк перейдет в наступление, атаковать должна вся киевская рать.

Андрей (Боголюбский) расставил половцев на правом и левом крыле и начал сближение с неприятелем. Последовали сшибки передовых отрядов, затем сошлись тяжеловооруженные воинства. Андрей во главе отцова конного полка атаковал, первым въехал в ряды противника, изломал копье, вынул меч… Под Андреем убили коня, княжич кубарем свалился наземь, потеряв шлем и щит, но спасла быстрота и ловкость: он вскочил и, орудуя мечом, отступил к своим, не получив ни одной раны. Несомненно, Андрей был выдающийся рубака и способный тактик.

Изяслав Волынский подал сигнал, и киевские полки перешли в наступление. Возникло величавое зрелище. На врага двинулся лес копий, пошла вперед конница, за нею пехота. Блестели навершия шлемов, звенели кольчуги, от топота коней тряслась земля. Началась яростная сеча.

Братья Давыдовичи оказались по разные стороны. Владимир Черниговский со своим полком сражался за Юрия Долгорукого, а Изяслав со стародубцами – за киевлян. Удар последних был очень силен. Владимира Давыдовича тяжело ранили в руку, свалили с коня и едва не затоптали. Дружинники вынесли князя из боя, после чего Давыдович испустил дух. Черниговский стол освободился.