Смоленские кривичи. Держава на Днепре

Изяслав Мстиславич Волынский рубился, получил две раны – копьем и стрелой, но не отступил ни на шаг и теснил неприятеля. Главный удар направил на половцев, и те побежали. Затем дрогнули северские полки, их предводитель Святослав Ольгович («обед силен») показал врагу спину. Обратил тыл и сам Юрий Долгорукий, видя всеобщее бегство союзников. Победа братьев Мстиславичей была полная. Они энергично преследовали противника, загнали в речку Малый Рутец с топкими берегами и истребили во множестве.

Юрий Долгорукий и остатки его войск откатились к Переяславлю-Южному. Главная заслуга в этом – свежих смоленских полков и Ростислава. Смоляне показали всей Руси, что представляют серьезную силу, с которой нужно считаться. Это еще не гегемония Смоленска, но равное партнерство с киевлянами в борьбе за Днепровский торговый путь.

9. Победа Мстиславичей

Изяслав и Ростислав преследовали Долгорукого, и тот запросил мира. Братья проявили умеренность. Юрий должен был разорвать союз с северским князем Святославом Ольговичем («обед силен») и убраться на север. В Переяславле-Южном мог оставить одного из своих сыновей в качестве князя, но этот князь подчинялся Киеву, обязан был платить дань и поставлять войска.

Святослав Ольгович предпочел перейти на сторону победителей и стал союзником Мстиславичей. Черниговский стол занял Изяслав Давыдович (1151–1157).

Победа дала Мстиславичам очень много. Теперь они господствовали над большей частью Руси: над Туровом и Киевом, Переяславлем и Смоленском, над Новгородом; а Черниговская и Северская земля находились с ними в союзе, больше напоминавшем подчинение. Только один противник оставался у Мстиславичей: Владимирко Галицкий, войска которого были свежи и готовы к боям.

На приход Владимирка очень надеялся Юрий Долгорукий, поэтому не спешил удалиться из Переяславля и тянул время, хотя и заключил уже мирный договор с ненавистными племянниками. Это оказалось напрасно: замыслы Долгорукого открылись, Изяслав Мстиславич приказал ему немедленно отбыть в Ростов, а Владимирко всё равно повернул назад, узнав о катастрофическом исходе сражения на речке Малый Рутец.

Юрий отдал Переяславль сыну Глебу, Андрей (Боголюбский) уехал на север, отпросившись у отца, но сам Долгорукий не желал покидать места детства – Южную Русь. Рискуя всем, он задержался в Городце-Остерском, хотя не имел ни войск, ни тылов, ни союзников. Кажется, он ждал, когда Ростислав со смолянами уйдет восвояси.

Ростислав действительно скоро ушел, причем отбыл далеко на север и занялся по заданию Изяслава устройством новгородских дел. В Новгороде какое-то время правил его сын, затем Изяслав посадил там собственного отпрыска.

Надлежало заняться делами Галичины. Изяслав Мстиславич натравил на нее венгров, но те перепились в походе. Тут на них напал Владимирко и перерезал, после чего разорил волынское пограничье.

Изяслав Мстиславич взял киевлян и осадил Долгорукого в Городце. С востока город обложили черниговцы. Долгорукий запросил мира. Князю еще раз посоветовали убираться «из Руси» (Южной) на север. Юрий вынужден был это сделать. В довершение всего у него отобрали Переяславль, который Изяслав отдал одному из своих сыновей, Мстиславу. Лишь многострадальный Городец остался на юге у Долгорукого, но ненадолго. В 1152 году Изяслав Мстиславич собрал в Киеве княжеский съезд, на который собрались его сторонники из южнорусских княжеств, включая Чернигов. На съезде решили уничтожить Городец, что и было исполнено. Его осадили и разрушили, а людей из этого поселения Изяслав развел по разным местам. Долгорукий утратил все земли на юге.

Руки у Изяслава были развязаны, он вновь напал на Галичину в союзе с венграми и разбил Владимирка, несмотря на то что тот собрал 70 тысяч войска из галичан, сербов и дунайских болгар (цифра приведена у Татищева, но наверняка преувеличена). Владимирко заплатил огромную дань и обещал уступить часть территории. Он дождался, пока враги распустят армии по домам, после чего от обещаний отказался. Человек это был хитрый, беспринципный, расчетливый. В данном случае расчет состоял в том, чтобы дождаться, пока враги уйдут. Регулярных армий в то время не было, и если выждать время, большая часть ополченцев расходилась по домам, а небольшая княжеская дружина без ополчения воевать не могла.

Был и другой расчет: на Юрия Долгорукого, который целиком оправдался. Юрия рассердило разрушение Городца-Остерского, и князь возобновил войну с ненавистными племянниками.

* * *