Советская нация и война. Национальный вопрос в СССР, 1933–1945

Стремление калмыков выехать на родину было столь явным и неодолимым, что советское руководство начало изучать возможность их возвращения на исконные земли. Руководству регионов, на территории которых до депортации проживали калмыки, были направлены запросы об их готовности принять калмыцкое население в случае его возвращения из спецссылки. Руководство Астраханской, Ростовской и Сталинградской областей не возражало, с оговоркой, что хотя «свободные территории для их расселения… имеются, однако нет жилья», поэтому «размещение… калмыков возможно при условии оказания им со стороны государства помощи в строительстве». Руководство Ставропольского края было против возращения калмыков, указывая на ту же причину — «отсутствие жилья»[1516].

В конечном итоге возвращение калмыков было признано «целесообразным», в том числе потому, что «значительная часть территории, где проживали ранее калмыки… не заселена». Возвращение предполагалось осуществить при условии оказания калмыкам «материальной помощи для хозяйственного обустройства», после чего собирались «рассмотреть вопрос о создании для них областной автономии»[1517]. 9 января 1957 г. была воссоздана Калмыцкая АО в составе Ставропольского края. 29 июля 1958 г. она была преобразована в Калмыцкую АССР. Возвращение калмыцкого народа на родную землю и восстановление его территориальной автономии завершилось. Ряд участников инициативной группы вошел в число новых руководителей Калмыкии — Д. Б. Утнасунов был назначен председателем Оргкомитета по Калмыцкой АО, вошел в состав Оргбюро Калмыцкой партийной организации, возглавил Комиссию по переселению калмыцкого народа. Ц. О. Саврушев возглавил оргбюро областного комитета КПСС, С.-Г. М. Манджиев — отдел переселения и оргнабора рабочих при Калмыцком облисполкоме. В марте 1957 г. в областной совет депутатов трудящихся были избраны Д. Б. Утнасунов и Ц. О. Саврушев[1518].

Таким образом, деятельность инициативной группы бывших руководящих работников Калмыцкой АССР по улучшению положения депортированного калмыцкого народа была инспирирована несколькими факторами. В первое время после депортации (1944 г.) у бывших руководителей упраздненной Калмыцкой АССР сохранялась уверенность в том, что даже после выселения они остались в номенклатурной когорте. Об этом говорит, например, тот факт, что письма И. В. Сталину участники группы заканчивали «по-свойски»: «С коммунистическим приветом Корсункиев Церен, Гахаев Дорджи, Андраев Дорджи»[1519]. Переоценка участниками группы своего государственного и партийного влияния (которое на самом деле после депортации стало ничтожным) была причиной того, что они без колебаний распространяли среди калмыцкого населения сведения о «возвращении домой», «организации новой автономии» и т. д. Бывшие руководители Калмыкии надеялись, что, поскольку они, приведя обоснованные и разумные аргументы, попросили об этом своих «товарищей по партии» И. В. Сталина, А. В. Андреева, Г. М. Маленкова, М. И. Калинина, те непременно выполнят эту просьбу. С точки зрения участников инициативной группы, распространяемые ими сведения были не безответственными слухами, а лишь предвосхищением того, что должно было обязательно произойти. И тем горше было разочарование, когда бывшие руководители Калмыкии поняли, что их голос больше ничего не значит.

Несомненно, в деятельности инициативной группы присутствовал и личный фактор — испытав резкое падение с властных высот в маргинальную пучину, бывшие руководители Калмыкии некоторым образом пытались восстановить свою социально-политическую значимость, показать — возможно, прежде всего самим себе, — что они по-прежнему «вожди», которые несут ответственность за судьбу вверенного им народа.

В идеях, которые выдвигали участники инициативной группы, проявились настроения всей массы депортированного калмыцкого населения. Участники группы отразили эти настроения и пытались представить наиболее «приемлемые» из них (улучшение материального положения депортированных калмыков, реабилитация калмыцкого народа и его возвращение на родину) вниманию руководства страны.