Советский Союз. История власти. 1945–1991

Июль — август 1990 г. стали временем сближения позиций лидеров Союза и России. Казалось, что конфронтация между ними уходит в прошлое. Они часто звонили друг другу, информировали о результатах договоренностей свое окружение. Л. А. Пономарев, один из руководителей московской организации «Демократическая Россия», человек, в ту пору близкий к Ельцину, рассказывал автору этой книги, что Борис Николаевич с явным удовлетворением говорил об улучшении отношений с Горбачевым, об их совместной заинтересованности в успешной доработке программы «500 дней». И Горбачев, по воспоминаниям его помощника А. Черняева, с энтузиазмом рассказывал: «Начинается самое главное. Это уже окончательный прорыв к новому этапу перестройки. ...Подводим под нее адекватный базис...» «На эту тему,— писал в своих мемуарах А. Черняев,— он (М. С. Горбачев.— Авт.) соскальзывал, о чем бы ни шла речь»⁶⁶. Идея перехода к экономическим реформам в рамках всех союзных республик, высказывавших намерение остаться в СССР, получила поддержку руководителей этих республик. Совет Федерации и Президентский совет на своем заседании 30-31 августа 1990 г. поддержали программу Шаталина — Явлинского — программу «500 дней». Об успешности сотрудничества с Ельциным и больших надеждах, связанных с принятием программы «500 дней», о намерениях начать реальную экономическую реформу уже в ближайшие месяцы Горбачев говорил своим западным партнерам — М. Койвисто, Дж. Андреотти, Дж. Бушу, Дж. Бейкеру, Д. Херду⁶⁷

Однако это соглашение вызвало резкое противодействие в Совете Министров СССР. Прежде всего программа «500 дней» означала передачу широкого круга функций от центра республикам. Это делало ненужными, лишними целые звенья союзного аппарата управления. Поэтому программу обвиняли в том, что она ставила своей задачей «развал СССР». Обвинение это абсолютно несправедливое. Это не значило, что у программы не было недостатков. Их было много. Опыт проведения реформы Е. Гайдара, в значительной степени ориентировавшегося на принципы, сформулированные в «500 днях», обнаружил очень серьезные изъяны в концепции программы, что само по себе не удивительно, учитывая масштабы преобразований. Принципиально важно иное: программа «500 дней» рождалась в недрах Совмина СССР, ее разработчики были убежденными сторонниками сохранения СССР, так как единое экономическое пространство СССР воспринималось ими как необходимое условие осуществления этой программы. Программа концептуально была рассчитана на переход экономики всего СССР к рынку.

Однако продолжим: принятие программы «500 дней» делало неизбежной реформу правительства СССР и практически предопределяло отставку его председателя — Н. И. Рыжкова. Принципиальным противником программы стал заместитель Рыжкова академик Л. И. Абалкин, убежденный сторонник «стабилизации перед реформой». Ослабление руководящей роли центра, передача важнейших экономических функций республикам создавали и иную политическую основу для союзного государства. Следствием ее должны были стать договорные отношения между союзным центром и республиками, двухсторонние договоры между республиками. А это, в свою очередь, должно было повлечь за собой пересмотр места и роли политических институтов СССР — и ЦК КПСС, и Верховного Совета СССР, и Съезда народных депутатов СССР. Поэтому практически одновременно с достижением договоренности между Горбачевым и Ельциным началась атака на позиции Ельцина, посыпались обвинения в его адрес и адрес его сторонников. Атакуя Ельцина, его противники одновременно ослабляли позиции Горбачева.

Уже 28 июля 1990 г., в первые недели сближения Горбачева и Ельцина, в Секретариате ЦК КПСС обсуждалась и была одобрена записка В. А. Купцова, секретаря новоучрежденной Российской коммунистической партии. Записка называлась «Об отношении к инициативам и акциям, осуществляемым различными общественно-политическими организациями и движениями». Суть записки — утверждение, что оппозиционные силы готовят в ближайшие месяцы захват власти в стране. Эти силы, по его утверждению, организуют забастовки в угледобывающих районах, добиваются устранения КПСС из политической жизни. «Эти шаги оппозиции внутри страны,— писал В. А. Купцов,— смыкаются с деятельностью антисоциалистических сил на мировой арене. Все чаще высказывается идея о "невозможности" союза с КПСС, проявляется намерение определенной части оппозиции реставрировать капитализм». Доказательством тому служат, по мнению автора записки, намерения лидеров оппозиции провести осенью 1990 г. Учредительный конгресс демократических сил, а затем добиться досрочного роспуска Съезда народных депутатов СССР и Верховного Совета СССР, пересмотра Конституции СССР. «В ближайшее время эту стратегию планируют апробировать в масштабах РСФСР»,— утверждал Купцов. Способами достижения власти должны были стать «круглый стол» по примеру Комитета гражданского действия или Гражданского форума в странах Восточной Европы, вынужденная отставка Президента СССР под давлением непрекращающихся забастовок.