Советский Союз. История власти. 1945–1991

Казалось бы, все необходимые условия у заговорщиков были. Добавим к тому, что в стране был тяжелый экономический кризис, из магазинов вымело товары, не хватало самого необходимого — продуктов питания, табака, хлеба. Этот кризис, в свою очередь, позволял возложить ответственность за него на Горбачева.

Глухие сведения о подготовке заговора уже бродили. 20 июня государственный секретарь США Дж. Бейкер в Берлине сообщил министру иностранных дел СССР А. А. Бессмертных о том, что американской разведке стало известно о подготовке смещения Горбачева, в которой принимают участие Павлов, Язов и Крючков. Эти же сведения были переданы в Москву через тогдашнего посла США Дж. Метлока¹⁴⁶

или 6 августа Крючков встретился с Язовым, и они договорились «изучить обстановку». По словам Крючкова, это делалось едва ли не по прямому поручению Горбачева¹⁴⁷

августа Крючков дал указание двум своим сотрудникам — заместителю начальника 1-го Главного управления КГБ (разведка) В. Жижину и помощнику первого заместителя председателя КГБ А. Егорову — составить стратегический прогноз введения в стране чрезвычайного положения. К подготовке этого прогноза был подключен командующий Воздушно-десантными войсками П. Грачев¹⁴⁸ Прогноз оказался неутешительным. Через два дня аналитики сообщили, что введение чрезвычайного положения нецелесообразно. Но Крючков возразил: после подписания Союзного договора объявить чрезвычайное положение будет уже невозможно.

августа состоялся долгий разговор Лукьянова и Горбачева по телефону. Лукьянов сообщал о позиции Ельцина по Совету Федерации и о ситуации в стране. На следующий день уже сам Горбачев звонил Ельцину и получил информацию, что против договора выступают не только «союзники» в Верховном Совете СССР, но и радикалы из «Демократической России» — Ю. Афанасьев, Е. Боннэр, Г. Старовойтова. Горбачеву показалось, что Ельцин колеблется, что у него появились сомнения. «В общем, мы попрощались на хорошей ноте. Хотя у меня остался осадок, не ушло ощущение, что Ельцин что-то недоговаривает»¹⁴⁹ Можно констатировать —» информация Лукьянова дошла. Опытнейший аппаратный деятель, прекрасно знавший характер Горбачева, он смог сыграть на подозрительности союзного президента, с новой силой спровоцировав его недоверие к Ельцину.

августа Крючков объявил Егорову, что у Горбачева психическое расстройство и он не может работать. Поэтому необходимо готовить документы для введения чрезвычайного положения. На следующий день, 15-го, уже были готовы основные документы о введении чрезвычайного положения. Тогда же, 15-го, состоялась новая встреча Крючкова с Грачевым, Жижиным и Егоровым. Потом к ним присоединился О. Бакланов¹⁵⁰ «Подготовленные ими предложения содержали перечень мероприятий в политической, экономической, военной областях, а также по линии государственной безопасности и общественного порядка,— пишет в своих мемуарах Крючков.— Цель — прекращение дестабилизации обстановки в стране, оживление экономической деятельности путем восстановления вертикальных и горизонтальных связей, принятие срочных мер по уборке урожая, налаживание снабжения населения продовольственными и промышленными товарами, усиление борьбы с преступностью... Какие-либо крайние меры исключались. Приостановление деятельности отдельных политических партий и организаций диктовалось исключительно интересами стабилизации положения в стране. Было решено доложить эти предложения Горбачеву для реализации их в интересах спасения Отечества»¹⁵¹ 15 или 16 августа Крючков дал указание прослушивать все разговоры Б. Н. Ельцина, И. С. Силаева — Председателя Совета Министров России, Г. Э. Бурбулиса— государственного секретаря России.

Горбачеву ежедневно высылали негативную информацию, которая должна была убедить его в том, что положение в стране резко ухудшается. В Форос шли сообщения, что страна становится неуправляемой. Ему намекали, что Ельцин неспроста уехал на встречу с Назарбаевым в Алма-Ату. Горбачев, по словам руководителя его аппарата Болдина, был очень раздражен, когда узнал о совещании в Алма-Ате руководителей ряда союзных республик.

Шла и идеологическая подготовка к неизбежности «наведения порядка». 16 августа в печати появилось заявление «От "Слова" — к делу», продолжавшее недавнее выступление-манифест «Слово к народу». На этот раз заявление было подписано некоей «инициативной группой по созыву учредительного съезда национально-патриотического движения». К движению присоединились ЦК Либерально-демократической партии (Жириновского), Интердвижение СССР.