Советский Союз. История власти. 1945–1991

Всем было ясно: в стране переворот, Горбачева сняли, как это проделали много лет назад с Хрущевым, а ГКЧП создан, чтобы расправиться с российским президентом Ельциным и его сторонниками.

Центром политической жизни становился Белый дом, как в Москве прозвали здание Верховного Совета и Правительства Российской Федерации, расположенное на Пресне, недалеко от Москвы-реки.

ГКЧП начал реализацию конкретных действий. На первом этапе главная роль отводилась устрашению. По приказу Язова в Москву были выдвинуты Таманская мотострелковая дивизия в составе трех мотострелковых полков, одного танкового полка и разведывательного батальона, Кантемировская танковая дивизия в составе трех танковых полков, одного мотострелкового и разведбатальона. Только в составе этих двух дивизий в Москву было введено 362 танка, 140 боевых машин пехоты, 148 бронетранспортеров, 430 тяжелых армейских грузовиков, 3 809 человек личного состава¹⁶⁶ Однако силы ГКЧП в Москве этим не ограничивались: в Москву была введена Тульская воздушно-десантная дивизия. В распоряжении ГКЧП было элитное подразделение «Альфа», то самое, про которое говорили, что оно силами одного взвода смогло захватить дворец Амина в Кабуле, и группа «Б», именовавшаяся Отдельным учебным центром КГБ, на самом деле воинское подразделение диверсантов. Министерство внутренних дел располагало отрядами милиции особого назначения (ОМОН) и Отдельной мотострелковой дивизией особого назначения имени Дзержинского (ОМСДОН).

Все эти громадные силы должны были продемонстрировать решимость ГКЧП сломить волю политических противников, заставить их подчиниться. Угроза применения силы сама по себе становилась силой. Достаточно было генералу Варенникову, вылетевшему из Фороса в Киев, пригрозить чрезвычайным положением, как политическое руководство Украины по существу согласилось выполнять требования ГКЧП. Ниже мы приведем сведения о том, что многие союзные республики признали законность ГКЧП. Инициаторы введения чрезвычайного положения, казалось, добились своих целей.

Но не в России. Сцепление странных обстоятельств, на первый взгляд малозначительных, начало работать против затеи ГКЧП. В жаркое воскресенье 18 августа многие высшие руководители России находились в загородном дачном поселке Совета Министров России Архангельское. Туда же приехал, вернувшись из Алма-Аты, президент Б. Н. Ельцин. Благодаря этому уже ранним утром в доме Ельцина собрались премьер-министр И. Силаев, исполняющий обязанности Председателя Верховного Совета России Р. Хасбулатов, государственный секретарь

Г. Бурбулис, народный депутат России юрист С. Шахрай, сюда же прибыли вице-мэр Москвы Ю. Лужков и мэр Петербурга А. Собчак. Утром было написано обращение «К гражданам России».

«В ночь с 18 на 19 августа 1991 г. отстранен от власти законно избранный президент страны. Какими бы причинами ни оправдывалось это отстранение, мы имеем дело с правым, реакционным, антиконституционным переворотом»,— сообщалось в этом обращении. Указывалось, что создалась угроза срыва подписания Союзного договора. Обращение определяло введение чрезвычайного положения как государственный переворот, имевший своей целью реставрацию коммунистических порядков. Оно было подписано Ельциным, Силаевым и Хасбулатовым. Уже оттуда, с дачи, текст обращения начал рассылаться по факсу, не выключенному на даче Ельцина. Он шел в редакции газет, в информационные агентства, его копировали, рассылали по всей стране и миру. Если у членов ГКЧП и была надежда договориться с российским руководством, то после опубликования этого обращения это стало невозможным.

Уже в первые часы действия ГКЧП произошло событие, как нам кажется, существенно повлиявшее на исход переворота. Летом 1991 г. Ельцин был в Туле, где его познакомили с Тульской воздушно-десантной дивизией. Дивизией командовал генерал А. Лебедь. А представлял дивизию Ельцину командующий Воздушно-десантными войсками Герой Советского Союза генерал П. Грачев, тот самый Грачев, которому позже Крючков и Язов поручили вместе с двумя руководителями КГБ готовить планы ГКЧП. Оказавшись в отчаянном положении, Ельцин утром позвонил прямо Грачеву. Он напомнил ему о том, что тот обещал оказывать помощь законным властям России. Грачев, по словам Ельцина, «взял долгую паузу». Грачев выбирал¹⁶⁷. Выбирать было из чего. В одном случае он оставался в своей прежней роли, добавив к репутации боевого генерала сомнительную славу участника путча, причем не обязательно успешного. В другом — открывалась карьера в России, та карьера, которую стремительно сделат Герой Советского Союза, тоже афганец, полковник Руцкой, ставший вице-президентом России. Грачев попытался в этой ситуации занять нейтральную позицию. Он пообещал Ельцину выслать для охраны в Архангельское разведроту (что, кстати, не понадобилось).