Советский Союз. История власти. 1945–1991

Сталин ввел в практику работы Политбюро и Секретариата систематическую информацию членов высшего политического руководства о ходе следствия. В апреле и мае 1946 г. на стол этих людей ложились сводки допросов, где перемежались сведения о «преступной деятельности» и уже арестованных, и тех политических и хозяйственных руководителей, которые еще работали, но в любой момент могли поменять свой генеральский мундир на одежду арестанта, а рабочий кабинет — на камеру в Лефортове. Причем это напрямую касалось и тех людей, которые читали подготовленные и подписанные В. С. Абакумовым, но разосланные заведующим Особым сектором ЦК ВКП(б) А. Н. Поскребышевым «сводки о результатах допросов». В любую секунду, в любой день там могли появиться и их фамилии.

10-11 мая 1946 г. Военная коллегия Верховного Суда СССР рассмотрела обвинения, предъявленные обвиняемым по «процессу авиаторов», записала в приговоре, что «подсудимые протаскивали на вооружение ВВС заведомо бракованные самолеты и моторы крупными партиями и по прямому сговору между собой, что приводило к большому количеству аварий и катастроф в строевых частях ВВС, гибели летчиков». Были осуждены на различные сроки заключения Шаху- рин, Репин, Новиков, Шиманов, Селезнев, Будников и Григорьян.

Охота на маршала Г. К. Жукова

Стремление найти обвинения против Жукова присутствовало в деятельности всех следователей, а поэтому необходимые показания выбивали, выпытывали у всех людей, которых затягивали жернова следствия. Однако основное значение для преследования Жукова имели показания бывшего командующего ВВС А. А. Новикова. Он сообщил, что Жуков стремился приблизить к себе ряд высших военачальников, в том числе его, Новикова, и И. А. Серова. Жукову вменялось в вину, что он «очень хитро и в осторожной форме... пытается умалить руководящую роль в войне Верховного Главнокомандования, и в то же время Жуков, не стесняясь, выпячивает свою роль в войне как полководца и даже заявляет, что все основные планы военных операций разработаны им. Так, во многих беседах, имевших место на протяжении последних полутора лет, Жуков заявлял... что операции по разгрому немцев под Ленинградом, Сталинградом и на Курской дуге разработаны по его идее и им, Жуковым, подготовлены и проведены. То же самое говорил... Жуков по разгрому немцев под Москвой»⁸⁵

Следователь вносил в протокол допроса формулировки, характеризующие отношение Жукова к Сталину,— «высокомерный тон», «Сталин неправильно поступил», «Жуков критиковал некоторые мероприятия Верховного Главнокомандующего (Сталина.— Авт.) и Советского правительства»⁸⁶.

Новиков на допросе показал, что после того, как его сняли с должности главкома ВВС, он был в кабинете у Жукова и высказал ему свои обиды, что Сталин неправильно поступил, сняв его с работы и начав аресты людей из ВВС. «Жуков поддержал мои высказывания и сказал: "Надо же на кого-то свалить" Больше того, Жуков мне говорил: "Смотри, никто за тебя и слова не промолвил, да и как замолвить, когда такое решение принято Сталиным". Хотя Жуков прямо и не говорил, но из разговора я понял, что он не согласен с решением правительства о снятии меня с должности командующего ВВС».

Новиков рассказал Жукову о своей последней встрече со Сталиным, когда тот объявил о его увольнении с должности командующего. Свидетелем этого разговора был Маленков. «Маленкову было хорошо известно о всех недочетах в приемке на вооружение ВВС бракованной материальной части от Наркомата авиационной промышленности. Когда я об этом поделился с Жуковым, то он ответил мне, что "теперь уже тебя никто не поддержит, все как в рот воды набрали"»⁸⁷

На основании показаний Новикова и ряда других генералов, арестованных по «делу авиаторов», а также на основании «чекистских мероприятий» СМЕРШа и наследовавшего "ему МГБ Сталин вместе с двумя своими помощниками — маршалами Булганиным и Василевским подготовил Приказ министра Вооруженных Сил СССР от 9 июня 1946 г. с грифом «Совершенно секретно», оскорбительный и унизительный для Г. К. Жукова⁸⁸