Советский Союз. История власти. 1945–1991

У российского руководства в этот момент не было ничего, кроме права. И этим оно смогло воспользоваться в полной мере. В «ближайшем окружении» Ельцина¹⁷³ рождается текст Указа № 59, который президент подписал в 12 часов 10 минут, за несколько минут до его знаменитого выступления с танка у Белого дома. Указ содержал юридическую квалификацию происходящего и определял ее в нормах Уголовного кодекса. В Указе сообщалось:

«В связи с действиями группы лиц, объявивших себя Государственным комитетом по чрезвычайному положению, постановляю:

Считать объявление Комитета антиконституционным и квалифицировать действия его организаторов как государственный переворот, являющийся не чем иным, как государственным преступлением.

Все решения, принимаемые от имени так называемого Комитета по чрезвычайному положению, считать незаконными и не имеющими силы на территории РСФСР. На территории Российской Федерации действует законно избранная власть в лице президента, Верховного Совета и Председателя Совета Министров, всех государственных и местных органов власти и управления РСФСР.

Действия должностных лиц, исполняющих решения указанного Комитета, подпадают под действия Уголовного кодекса РСФСР и подлежат преследованию по закону.

Настоящий Указ вводится с момента его подписания.

Президент РСФСР Б. Ельцин».

Сразу же после завершения пресс-конференции, практически одновременно, собирается Президиум Верховного Совета РСФСР и Совет Министров РСФСР. Президиум Верховного Совета в абсолютном большинстве поддержал обращение Ельцина, Хасбулатова и Силаева «К гражданам России» и квалифицировал создание ГКЧП как государственный переворот. Было принято важнейшее решение — уже 21 августа собрать внеочередную сессию высшего законодательного органа республики — Верховного Совета. Против проголосовали только два человека — Исаков и Исаев.

На заседании Совета Министров РСФСР было удивительное единодушие. На нем присутствовал руководитель крупнейшего профсоюзного объединения России — И. Е. Клочков. Образование ГКЧП сразу же было квалифицировано как государственный переворот. Совет Министров также поддержал обращение «К гражданам России» и Указ № 59, призвал ответить на действия ГКЧП забастовками. В те минуты, когда шло заседание Совета Министров, танки кружили под окнами Белого дома. Во время заседания И. Силаев сообщил, что он вместе с Б. Н. Ельциным пойдет на встречу с солдатами. Танковая колонна встала непосредственно у парадного входа в здание. Ельцин вместе с Силаевым в окружении нескольких телохранителей вышел к танкистам, поднялся на броню и прочитал солдатам и людям, постепенно собиравшимся у здания Белого дома, свое обращение и указ. В тот момент в его действиях не было ничего нарочито театрального: просто с танка обращаться к солдатам-танкистам было проще. Этот поступок стал знаменитым, кажется, благодаря телеоператорам CNN, а в СССР — вечерней телевизионной программе «Время», куда был включен этот кадр из западной хроники.

Силаев вернулся на заседание Совета Министров, которое завершилось единогласным принятием постановления правительства. В нем не только поддерживались Указ президента и требование ко всем государственным органам России неукоснительно его соблюдать, то и содержалось обращение к правительствам других союзных республик «с призывом объединить усилия по защите конституционного порядка на всей территории СССР».

Вскоре заседание закончилось. Последним на нем выступил генерал-полков- ник К. Кобец, руководивший Государственным комитетом по оборонным вопросам. Он предложил членам правительства, если они хотят принять участие в обороне Белого дома, получить оружие в комнате охраны. Оружия было мало. Несколько десятков автоматов и пистолетов были розданы. Вряд ли от этого повысилась обороноспособность Белого дома.

Другое дело — то, что происходило вокруг Белого дома. Указы, заявление российского руководства стали стремительно распространяться по Москве: помогали телефаксы, ксероксы, телефон. В фойе метро появились копии указов, приклеенные к стенам. К Белому дому шли люди. Опыт Вильнюса был в памяти. Вокруг Белого дома стали возводиться заграждения, баррикады. В городе начались митинги. Толпы людей блокировали продвижение бронетехники. Разговаривали с солдатами и офицерами, объясняли им, что армию снова втягивают в грязное дело. Появились карикатуры на Язова, Крючкова, Янаева, Пуго. Стремительно нарастало гражданское неповиновение. В эти часы на сторону Ельцина перешло и осталось с ним до конца подразделение Советской Армии — танковая рота майора С. Евдокимова. Шесть его танков, лишенные боеприпасов, были единственной воинской частью Советской Армии, перешедшей на сторону Президента России.