Советский Союз. История власти. 1945–1991

Сложно и противоречиво развивалась ситуация в руководстве России. Первый месяц после путча, следует признать, был потерян. По-человечески причины этому можно найти, но политика живет по другим законам. Отметим важное обстоятельство — на этом этапе, в условиях глубочайшего экономического кризиса, чреватого социальными потрясениями, резко сократилось число желающих принять на себя ответственность, работая в правительстве. «Златоусты от экономики», апостолы рыночных реформ в СССР, громогласно объявлявшие, что они знают путь в светлое рыночное будущее, с несвойственной им прежде скромностью отошли в сторону. Пропали и представители славного директорского корпуса, претендовавшие на министерские портфели. Тем ответственнее было решение президента Ельцина лично возглавить правительство в период реформ. 28 октября президент Ельцин выступил в Верховном Совете России и объявил, что в России начнется программа глубоких экономических преобразований, предполагающая отпуск цен на большинство видов продукции, приватизацию, ослабление государственного контроля над экономикой. Это была программа «шоковой терапии», та программа, которая, как известно, не приносит лавров ее проводникам. «Популист» Ельцин опять сделал то, чего от него не ожидали. Он принял на себя всю полноту ответственности.

В октябре начала формироваться новая управленческая структура России, оформленная позже Указом Президента России от 6 ноября 1991 г. Складывались два аппарата управления. Прежде всего, Правительство. Как уже отмечалось, главой Правительства стал президент Ельцин. Первым заместителем главы Правительства был назначен государственный секретарь Российской Федерации Г. Э. Бурбулис (разработчик большинства программ реформирования государственного аппарата), заместителями Председателя Правительства — Е. Т. Гайдар, отвечавший за экономическую политику, и А. Н. Шохин — за социальную политику. Необходимо отметить: впервые в Правительство пришла «команда» молодых, прекрасно образованных, честолюбивых специалистов, «академическая» подготовка которых была заметно лучше их практического управленческого опыта. Бурбулис обосновался на 5-м этаже здания ЦК КПСС на Старой площади, в комнатах бывшего кабинета Суслова. В приемной толклось много народа — приезжие из разных городов страны, народные депутаты СССР и РСФСР, ученые, артисты, чиновники, офицеры. В самом кабинете одновременно шло не меньше трех совещаний. Люди устраивались за длинным столом для заседаний, собирались в разных углах кабинета. Между этими группами ходил Бурбулис, дирижировавший ходом обсуждения. На этих совещаниях планировались крупные политические акции, обсуждались принципы преобразований в различных сферах жизни страны, подготавливались кадровые назначения. С точки зрения старых аппаратчиков, это было нарушением всех канонов, сумасшествием. Но в таком поведении была своя система: туго закручивалась пружина предстоящих реформ, которая начнет раскручиваться с первых дней января 1992 г.

Сам Б. Н. Ельцин нашел в этой ситуации, пожалуй, единственно верное решение. В середине декабря 1991 г., встречаясь с координаторами парламентской фракции «Смена», он так объяснил свои действия, отвечая на вопрос одного из депутатов: «В отношении Правительства. Конечно, выбор был такой — или ориентироваться опять на перетасовку все тех же старых кадров, которые из одной обоймы переходят в другую обойму. Этот опыт Политбюро настолько богатый, что нам ясно было. Потом опыт предательства Горбачева всеми практически руководителями тоже подсказывал, что должна быть одна команда, которая бы работала над путями реализации реформ... и чтобы она взялась как одна команда. Я же,— заявил президент,— персонально не то чтобы не участвовал, конечно, участвовал. Но я им д^вал больше права самим определять, кого вы считаете нужным, кто подходит по подготовке и по линии, которую надо по реформе проводить, и так далее. Поэтому тут надо было чем-то жертвовать — или молодостью, или опытом. Такого идеального сочетания, конечно, не получается».