Читаем Советский Союз в локальных войнах и конфликтах полностью

К лету 1964 г. политические советники президента пришли к выводу о неизбежном крахе южновьетнамского правительства без незамедлительной помощи США. Однако в условиях неясных перспектив предвыборной борьбы Джонсон не был склонен к активному вмешательству. Инцидент в заливе Тонкин позволил ему значительно снизить политические издержки решения о непосредственном военном участии США во вьетнамских событиях[509].

Подробности этого инцидента не выяснены до сих пор. Известно лишь, что в ночь на 30 июля 1964 г. южновьетнамские спецподразделения организовали рейд на северовьетнамские острова Хон Me и Хон Ньеу в заливе Тонкин. В ходе рейда американский эсминец «Мэддокс» находился примерно в 130 морских милях от побережья, продвигаясь с разведывательной целью в северную часть залива. 2 августа «Мэддокс» лег на обратный курс. В соответствии с официальным сообщением эсминец в 23 милях от вьетнамского побережья был атакован двумя северовьетнамскими торпедными катерами. Двое из атакующих кораблей были повреждены ударами с американского самолета, поднявшегося с борта авианосца, третий торпедный катер был потоплен калибрами самого «Мэддокса». Ханой взял на себя ответственность за торпедную атаку, заявив, что это был акт возмездия за артобстрел эсминцем близлежащих островов. Инцидент послужил поводом для резкого усиления американского военного присутствия в регионе[510].

Факты свидетельствуют о том, что американское военное руководство, и прежде всего ОКНШ, было осведомлено о возможной атаке на «Мэддокс», однако не предприняло никаких мер для ее предотвращения. Более того, в последующем подобная провокационная стратегия была вновь использована в поисках повода для массированных авиационных бомбардировок северовьетнамской территории. На этот раз, заранее предупрежденные о возможной атаке северовьетнамских торпедных катеров, два американских эсминца тем не менее вошли в устье р. Рон. Атака катеров была успешно отбита. Ни один из кораблей не получил практически никаких повреждений. Двумя годами позже, обобщая расследование этого инцидента сенатским комитетом по иностранным делам, сенатор Фулбрайт констатировал явную неопределенность и неясность ситуации.

Тем не менее тонкинский инцидент был положен в основу решения о широкомасштабной военной интервенции США во Вьетнаме[511].

Реальная или инспирированная провокация может быть использована не только для мобилизации общественного мнения внутри страны и за рубежом, но и стать непосредственным поводом для объявления войны (казусом белли). Подобная установка нередко сопровождается облечением ультиматума в такую категоричную или оскорбительную форму, которая должна гарантировать отказ от выполнения его оппонентом.

Так, в ходе разработки плана совместной военной кампании (Англия, Франция, Израиль) в ходе Суэцкого кризиса было предусмотрено: после того как Израиль 31 октября атакует египетские войска, Англия и Франция должны были предъявить противоборствующим сторонам (Египту и Израилю) ультиматум с требованием немедленно эвакуировать зону канала. Ультиматум должен был создать видимость стремлений английского и французского правительств к незаинтересованному равноценному подходу как к Египту, так и к Израилю. Однако при этом заранее предполагалось, что вследствие стремительного развития событий ультиматум не сможет иметь никаких политических последствий. В случае высоковероятного отказа или неспособности египетской стороны в ограниченное время выполнить требования ультиматума на следующий же день (1 ноября) должны были последовать англо-французские бомбардировки египетских аэродромов.

Однако несоответствие положений ультиматума реальной военно-стратегической обстановке продемонстрировало его несостоятельность. Так, в документе содержалось требование об отводе войск Израиля на 10 миль (16 км) от зоны канала, в то время как на момент его опубликования войска Израиля даже не успели подойти к этому рубежу: они находились на расстоянии 30 миль (50 км) от Суэца[512].

Другой формой «оправдания собственной враждебности» может стать попытка легитимизации выдвинутых требований ссылкой на общепринятые принципы международного права, например утверждения лидеров государства-инициатора о праве действовать ради самообороны, защиты национальных интересов. Так, в ходе Суэцкого кризиса (1956 г.) отказ правительства Англии от предложения США о проведении международной конференции государств-пользователей Суэцкого канала с целью политического разрешения кризиса мотивировался ссылкой на ранее заключенный договор с правительством Египта[513].

Перейти на страницу:

Все книги серии Военно-историческая библиотека

Похожие книги

100 великих интриг
100 великих интриг

Нередко политические интриги становятся главными двигателями истории. Заговоры, покушения, провокации, аресты, казни, бунты и военные перевороты – все эти события могут составлять только часть одной, хитро спланированной, интриги, начинавшейся с короткой записки, вовремя произнесенной фразы или многозначительного молчания во время важной беседы царствующих особ и закончившейся грандиозным сломом целой эпохи.Суд над Сократом, заговор Катилины, Цезарь и Клеопатра, интриги Мессалины, мрачная слава Старца Горы, заговор Пацци, Варфоломеевская ночь, убийство Валленштейна, таинственная смерть Людвига Баварского, загадки Нюрнбергского процесса… Об этом и многом другом рассказывает очередная книга серии.

Виктор Николаевич Еремин

Биографии и Мемуары / История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее