Анатолий Алексеевич Алексеев , Юнус Дешериевич Дешериев , Татьяна Борисовна Крючкова , Светлана Ильинична Трескова , Этери Григорьевна Туманян , Александр Николаевич Баскаков , Кенесбай Мусаевич Мусаев , Вида Юозовна Михальченко , Владимир Константинович Журавлев
Вновь интерес к проблеме влияния идеологии на структуру языка в советском языкознании стал проявляться только в 70-е годы, но большинство исследований, посвященных этой теме, носит достаточно частный характер (см.: [Коваленко, 1972; Лобов, 1973; Крючкова, 19763; Стриженко, 1977; Муравлева, 1978]).
При рассмотрении вопроса о влиянии идеологии на структуру языка, на наш взгляд, прежде всего необходимо исходить из того, что любая идеология отражается в языке. Логика научного мышления, закономерности функционирования и развития языка в обществе показывают, что любая сфера человеческой деятельности в той или иной форме отражается в языке, каждое явление материальной или духовной культуры находит свое языковое выражение. Так, например, если химики открывают какой-либо новый элемент, он непременно получает определенное название; для описания какого-либо вновь открытого физического процесса необходимо ввести в употребление его наименование и т.п. Если бы этого не происходило, каждое открытие оставалось бы достоянием только сделавшего его исследователя. С другой стороны, при этом происходит развитие и обогащение самого языка: расширяется его лексический фонд, развиваются специальные стили и т.д. Таким образом происходит отражение (выражение) той или иной сферы человеческой деятельности, в данном случае науки, в языке.
Идеология, как один из наиболее сложных видов духовной деятельности человека, также находит свое языковое выражение. Так, идеология марксизма впервые была сформулирована и изложена в ее полном виде на немецком языке. Затем она на других языках получила распространение во всем мире. Ленинизм, как марксизм эпохи империализма и пролетарских революций, первоначально возник на русском языке.
Система идеологических взглядов наиболее полно и разносторонне проявляется в языке, существует в общественном сознании на материальной базе языка, поскольку мысль, понятие, идея, оторванные от речи, не имеют своих центров в человеческом мозге. Человеческий мозг, как известно, располагает центрами речи (языка), но не имеет центра мысли, оторванной от речи (языка). Таким образом, вне языка идеология как система взглядов общества, класса не может существовать и развиваться.
Все эти процессы, по-видимому, должны в свою очередь найти отражение в языке. Вопрос состоит прежде всего в том, чтобы выявить специфику отражения идеологии в структуре языка по сравнению с отражением в ней других сфер деятельности людей, например науки. Весьма важно при этом выяснить, одинаково ли отражаются различные типы и формы идеологии в языке, или отражение каждого типа и каждой формы носит особый характер. Большой интерес представляет также вопрос, в какой мере влиянию идеологии подвержены разные уровни структуры языка. И, наконец, в процессе исследования взаимоотношения языка и идеологии необходимо установить, как влияют на него уровень развития материальной и духовной культуры носителей соответствующих языков, объем общественных функций языка, формы его существования (письменная, устная).
При исследовании отражения идеологии в языке особенно важное значение имеют вопросы методологии. Дело в том, что объект анализа в данном случае – явления и факты языка, интерпретация которых существенно меняется в зависимости от того, на каких идеологических, а следовательно, и методологических позициях стоит исследователь. Так, например, социолингвистический анализ лексико-семантических единиц, обозначающих основные понятия философии, религии, просто невозможен без четкого определения мировоззренческих установок носителей языка и исследователя (ср. рассмотрение семантических связей в паре:
При анализе религиозной лексики методологическая позиция исследователя в существенной мере влияет на представление о способе соотношения некоторых элементов структуры языка с внеязыковой действительностью. Аналогичная ситуация возникает, например, при рассмотрении термина «(абсолютная) идея» с методологических позиций, в основу которых положен объективный идеализм Гегеля, и с позиций диалектического материализма.