Совсем новая экономика. Как умирает глобализация и что приходит ей на смену

Книга уже была сдана и готовилась к выходу, когда в январе 2025 года в США вступил в должность новый-старый президент Дональд Трамп и своими действиями, прежде всего молниеносной и сокрушительной тарифной атакой (я имею в виду курс на резкое повышение импортных тарифов) фактически на всех основных торговых партнеров, перевернул всю мировую экономику. К корона-шоку 2020-го и геополитическому шоку 2022 года прибавился Трамп-шок 2025-го. Это начало новой полосы – наверно, нового этапа – в мировой экономической истории.

Доктрина Трампа, которую сам он никогда не формулирует в законченном виде, выглядит так.

Первое – так называемое «освобождение Америки». От чего? От «притеснения» (abuse) другими странами. Америку «обирали» направо и налево – теперь пришло ее время «обирать» других. Президент так говорит открытым текстом. Своего рода идеология реванша. Почему все так было? А потому, что у других были выше импортные тарифы, и еще потому, что они устанавливали нетарифные ограничения. А посему условия торговли надо «выровнять» (а точнее, одним махом изменить в пользу Америки), введя для каждой страны-партнера зеркальные, или «взаимные», тарифы. А угрозы повышения тарифов надо использовать для того, чтобы заставить другую сторону идти на выгодные для Вашингтона соглашения, или – любимое слово Трампа – сделки (deals).

Второе – необходимость ликвидировать внешнеторговые дефициты. Дефициты – это, по Трампу, всегда ущерб для Америки. Они являются следствием вышеупомянутого притеснения. Бороться с ними надо при помощи разнообразных повышений импортных тарифов: на всю продукцию из всех стран, конкретные товары (скажем, сталь, алюминий, автомобили) из всех стран, все товары или конкретные товары из отдельных стран. Кроме того, угрожая повышением импортных тарифов, можно пробивать соглашения об увеличении американского экспорта.

Третье – построение «сильной американской экономики» посредством агрессивного импортозамещения. Трамп стремится построить контролируемую государством национальную экономику, способную самостоятельно производить фактически все. В этих целях, в частности, активно используется прямая государственная поддержка важных отраслей, а зарубежные компании призываются не экспортировать (а то, чего доброго, под высокие тарифы попадешь), а инвестировать и производить внутри США.

Четвертое – открытое провозглашение претензии на мировое единоличное доминирование Америки, на построение там «самой развитой и динамичной, самой доминирующей цивилизации из всех, когда-либо существовавших на Земле».

Реализация этой доктрины для Трампа важнее всего – в том числе важнее экономического здравого смысла. Поэтому остальному миру отвечать на трамповский вызов очень сложно, тем более, что сила на его стороне.

Трамповские тарифы бьют по уже побитой двумя шоками мировой экономике сразу по нескольким направлениям. Взлет тарифов резко ухудшает доступ к американскому рынку, на который приходится четверть мирового, и одновременно больно бьет по американским экспортерам, когда страны-партнеры принимают ответные меры. Растущие тарифы резко усиливают инфляционное давление и в Америке, и по всему миру, поскольку накрутка тарифов переносится на цены. Это бьет и по потребителям, и по производителям, импортирующим оборудование, материалы, компоненты, сырье. Да и сама по себе нависшая угроза новых тарифных скачков подрывает уверенность бизнеса по всему миру, мешая нормальной экономической деятельности.

Мировые рынки ценных бумаг протестуют против трамповских тарифов, резко падая, когда в очередной раз затягивается тарифная петля. В самой Америке снижаются показатели уверенности как потребителей, так и бизеса. Опасения же новой глобальной рецессии, наоборот, усиливаются. Во всяком случае, дальнейшее значительное и болезненное замедление мирового роста, очевидно, неизбежно.

Не менее важно то, что Трамповские тарифные ходы ослабляют мировую экономику в среднесрочном и долгосрочном плане, иными словами, делают ее структурно слабее. Ведь тарифные скачки разбивают эффективные трансграничные цепи поставок – эффективные потому, что они прошли отбор рынком, сформировались под действием рыночных сил. Но резкое повышение американских тарифов делает их нерентабельными, подбрасывая вверх затраты. Трамп заставляет как американских, так и зарубежных производителей заменять их на другие, менее эффективные и прежде всего выстраивать такие цепочки внутри США. Это уже не отбор рынком – рынок такие цепи как раз не отобрал, – а по сути административно-командная экономика, где принимаются волюнтаристские решения, которым предприятия вынуждены следовать. Такая экономика по определению неэффективна – это мы уже проходили. А исходить из того, что все можно производить внутри Америки эффективнее, чем за ее пределами, – это экономический абсурд. Ломка эффективных трансграничных цепей, естественно, тащит себестоимость и цены вверх, а качество продукции вниз. И уже сейчас порождает мировой экономический хаос.