Совсем новая экономика. Как умирает глобализация и что приходит ей на смену

Возможно, глобализация конца ХХ и начала ХХI века не была принципиально новым историческим явлением. Нечто похожее уже происходило в древности, во времена, например, Римской империи, а затем в эпоху колониальных империй с середины XV – и особенно со второй половины XVII до начала ХХ века.

Великий Рим не просто контролировал значительные территории, а интегрировал их в единое экономическое пространство. Но это было в очень далекие времена на совершенно ином этапе развития человеческой цивилизации. А колониальные державы прежде всего делили мир между собой, что принципиально отличает времена их триумфа от глобализации наших дней. К тому же во все другие исторические эпохи глобализация происходила при совсем ином уровне развития экономики производства, транспорта, связи. Наконец, в отличие от прошлых эпох, глобализация наших дней не связана с экспансией одной или нескольких империй.

В целом глобализация 1990–2010 годов, особенно в первые два из этих трех десятилетий, исторически уникальна по масштабу, скорости и глубине. Ее важнейшая черта – неразрывная связь с универсализацией принципов рыночной экономики: в 1990-е годы она распространилась фактически по всему миру, за исключением разве что Северной Кореи, Кубы и стран, находящихся на такой стадии развития, когда рассуждать о выборе экономической системы еще рано.

Когда после краха плановой экономики бывшие социалистические страны начали переходить к рынку, а развивающиеся государства лишились социалистической альтернативы, стало ясно, что и у тех, и у других есть только одна дорога к экономическому успеху – через создание функционирующей рыночной системы.

Рыночные реформы в экс-социалистических и развивающихся странах оказались едва ли не главной движущей силой глобализации, поскольку их важнейшей составляющей была либерализация внешней торговли, иностранных инвестиций и эмиграционного режима.

Другим мощным стимулятором глобализации выступила сеть интернет, создавшая единое мировое информационное пространство.

По мере того как глобализация набирала обороты, исследователи, аналитики, журналисты большей частью отмечали ее беспрецедентный масштаб и растущее воздействие – позитивное или негативное – на экономику, бизнес, условия работы и жизни людей. Глобализация преподносилась и воспринималась как безусловно доминирующая тенденция нашего времени.

В реалии, однако, все было далеко не так просто.

Динамика

Анализируя динамику глобализации, мы будем исходить из того, что рост интенсивности трансграничного движения товаров и услуг, капиталов, людей, информации означает усиление глобализации, а ее снижение – откат.

Показателем интенсивности движения товаров и услуг будет отношение объема мировой торговли к мировому ВВП, а интенсивности движения капитала – отношение к мировому ВВП объема мировых зарубежных инвестиций. Нам придется ограничиться анализом только прямых инвестиций, поскольку всеми необходимыми данными по портфельным и прочим инвестициям мы не располагаем.

В качестве показателя масштабов трансграничного движения людей используем долю международных мигрантов – то есть людей, сменивших страну проживания, – в населении планеты.

Показателем интенсивности трансграничных потоков информации будет доля пользователей сети интернет.

Масштаб трансграничных информационных потоков в принципе невозможно измерить в каких бы то ни было единицах. Сама категория информации включает в себя огромное множество разнообразных и разнородных компонентов, которые нельзя механически складывать друг с другом.

Кроме того, информация – это далеко не только то, что проходит через мировую паутину. Поток информации, в том числе трансграничный, в значительной степени является частью потока товаров и услуг.

Таблица 3

Источник: World Bank

Но мы все-таки будем использовать показатель числа пользователей сети интернет, поскольку интернет-революция сыграла бесспорно главенствующую роль в формировании единого глобального информационного пространства.

Мировая торговля

Что касается мировой торговли товарами и услугами (таблица 3), за 1980-е годы отношение их совокупного номинального мирового экспорта к номинальному мировому ВВП немного упало, составив 18,9 % в 1990 году. В 1990-е годы, первое десятилетие эпохи глобализации, оно начало расти и в 2000 году достигло 23,5 %. Трансграничное движение товаров и услуг набрало обороты. В следующем десятилетии произошел новый скачок – до 30,8 % в 2008 году. Это пока наивысший показатель. В 2009 году в разгар «великой депрессии» эта доля упала до 26,2 %. После депрессии, вернувшись на отметку в 30 % в 2011–2013 годах, она снова снизилась и до ковида колебалась в диапазоне 27–29 %.

Для справки, расчеты среднегодового прироста реального – то есть рассчитанного в постоянных ценах и постоянных долларах – объема мирового товарного импорта, проведенные Бюро анализа экономической политики Нидерландов, показали, что в 2003–2006 годах он составил 8 %, а в 2012–2016 годах упал до 2 %. Это ниже, чем среднегодовой темп прироста реального мирового ВВП[17].