Спасая Сталина. Война, сделавшая возможным немыслимый ранее союз

Поредевшая 62-я армия Чуйкова вела тяжелые оборонительные бои, сражаясь за каждую улицу и каждую груду руин, среди трупов детей, обезглавленных тел и истошно лающих собак. Затем, днем 14 сентября, Волга сотворила чудо. 26-я гвардейская дивизия, которой командовал Герой Советского Союза генерал Александр Родимцев, налетела с «советского» берега на противоположный. Гвардейцы первой волны так рвались в бой, что даже не удосужились пристегнуть к ружьям штыки. «Они попрыгали из своих лодок на мелководье и взобрались на крутой песчаный берег», – вспоминал британский корреспондент Александр Верт. В тот день треть гвардейцев была ранена, но они удержали берег. Из 10 тысяч гвардейцев, сражавшихся под Сталинградом, к концу битвы в живых осталось только 320. На вопрос об этой жертве один из них ответил: «За Волгой для нас земли нет!»[232]

Выбор, который Сталинград предоставил обеим сторонам, был довольно прост. Немецкому командованию для победы пришлось бы сбросить Красную армию в Волгу. Советским командирам, чтобы как минимум избежать поражения, нужно было удерживать берега реки и сохранить линию снабжения. Чуйков осознал это раньше, чем генерал Паулюс, и понял, что в ближнем бою под Сталинградом имела значение не стратегия, а тактика: десятки отдельных индивидуальных действий прокладывали путь к победе. Таким образом, чтобы нейтрализовать немецкое превосходство в огневой мощи, Чуйков приказал своим войскам держать передний край обороны как можно ближе к линии обороны противника, что привело к тому, что немцы не решались стрелять из опасения убить своих. Чуйков также призвал своих солдат использовать знание местности и навыки ведения ближнего и ночного боя. Часто после наступления темноты отряды советских бойцов нападали на отдельное немецкое подразделение, криками сеяли среди вражеских солдат панику, а затем убивали. К концу сентября по ночам на поле боя властвовали русские. Преимущество в огневой мощи в воздухе и на земле сделало немцев «дневными хозяевами». Советский Т-34 был лучшим танком в 1942 году, но в Сталинграде их было немного и экипажам часто не хватало опыта. Другие серьезные недостатки также мешали защитникам города. Советские самолеты, защищавшие город, отставали от немецких на целое поколение, и многие российские войска, брошенные в Сталинградский котел, попали туда после четырех или пяти дней поездки в неотапливаемом вагоне из Сибири или Киргизии. Плохо вооруженные и необученные, они часто были вынуждены забирать оружие у погибших товарищей, потому что взять другое было негде.

К концу сентября преимущество немцев в вооружении и подготовке начало давать свои плоды. Паулюс завладел большей частью центра города, в том числе легендарным «Универмагом», который советский отряд, укрывшийся в подвале, защищал до последней капли крови. В южной части города, вокруг гигантского элеватора, начинались столкновения, которые впоследствии превратились в 56-дневную осаду здания. Советские солдаты героически сражались за каждый этаж под постоянным обстрелом немецких танков и артиллерии.

Двадцать пятого сентября, когда Рузвельт осматривал авиационный завод в Лос-Анджелесе, Паулюс обратил внимание на заводской комплекс на севере Сталинграда. Три малочисленные немецкие пехотные и две танковые дивизии атаковали район по пятикилометровому участку фронта. После ожесточенного боя большинство уцелевших советских солдат были отброшены с исходных позиций на завод «Баррикады» у берегов Волги или нашли убежище в землянках на берегу реки. 62-я армия сражалась не в одиночку. Родственное ей подразделение, 64-я армия, хотя и сильно пострадало, но продолжало держать оборону. Его ракетные установки «катюша» были особенно эффективны в предотвращении прорыва немцев.