Справедливый приговор. Дела убийц, злодеев и праведников самого знаменитого адвоката России

Да и здесь мы слышали, что, борясь с неправдой, выразившейся в беспорядках и хищениях, служители «дисциплины», забыв то, о чем раздалось слово сверху, опозорили время и веру нашу в новую пору жизни свистом розог… И это после 18 февраля 1905 г.!

Учить правде следует правдою же! Учить уважению к закону — примерами!

А где они!..

Скажите же в вашем приговоре, мягком и человечном, что поднять народ может свет, а не тьма, что пока узки двери в школу и широки в тюрьму, — люди, вроде судимых ныне, подобны слепорожденным: спотыкаясь, они не столь виновны, как зрячие.

Скажите, что нечего искать подстрекателей для объяснения подобных печальных и нежелательных явлений в отдельных лицах.

Подстрекатель нашего бедного люда — ставни, загораживающие доступ света в убогие дома его.

Не будьте же строги и защитите их от несчастья…

Дело о стачке рабочих на фабрике Товарищества Саввы Морозова

Дело это слушалось в заседании Владимирского Окружного Суда 7 февраля 1886 г. без участия присяжных заседателей. Обвинял товарищ прокурора Товарков. Защищали присяжный поверенный Ф. Н. Плевако, Н. П. Шубинский и Коптев.

7 января 1885 г. рабочие фабрики Товарищества забастовали. Стачка продолжалась несколько дней и ознаменовалась в первый день крупными уличными беспорядками, а позднее столкновением рабочих с войсками.

Еще задолго до января 1885 года среди рабочих Никольской Мануфактуры возникло глухое недовольство. Причиной его было уменьшение на 25 % заработной платы и строгость штрафов за недоброкачественную работу. Особенною строгостью по взиманию штрафов отличался ткацкий мастер Шорин.

Во главе рабочих стали Петр Анисимович Мосеенок и Василий Сергеевич Волков.

Прекращению работ предшествовало несколько собраний, которыми руководили эти рабочие. 7 января, когда работы прекратились, толпа в несколько тысяч человек двинулась по местечку, перебила стекла в фабричных зданиях и в квартирах главных служащих, разгромила квартиры директора прядильного отделения Лотарева и вышеупомянутого ткацкого мастера Шорина. После приезда губернатора между администрацией фабрики и рабочими начались переговоры, которые ни к чему не привели.

Стачка закончилась вмешательством казаков, действовавших нагайками, и высылкой в административном порядке около шестисот рабочих.

33 человека были привлечены к суду мирового судьи по обвинению в буйстве в публичном месте, а 17 человек с Мосеенком и Волковым во главе были преданы суду Владимирского Окружного Суда без участия присяжных заседателей по обвинению в буйстве и стачке, т. е. по ст. 1358 Уложения о наказаниях и ст. ст. 37 и 38 Устава о наказаниях, так как прославившейся в русском общественном движении ст. 2691 Уложения о наказаниях в то время еще не существовало.

Из числа 17 подсудимых двое были оправданы, остальные приговорены к аресту, в том числе Мосеенок и Волков, приговоренные к аресту на три месяца.

Речь в защиту рабочих Мосеенка и Волкова

Я защищаю Волкова и Мосеенка.

Но так как им приписывается главенство в настоящем процессе, то на суждение о виновности их решающее значение имеет общий фон дела, нами сегодня рассматриваемого, а далее отсюда же следует и то, что суждение ваше должно отрешиться от лучей, падающих на настоящий вопрос из другого, имеющего быть решенным, более важного и серьезного обвинения, предъявленного против рабочих Никольской Мануфактуры: то дело решите не вы, и, поэтому, пока нет по нему установленных фактов, справедливость требует отрешиться от этого дела.

Раз ради удобства дело разорвано на две самостоятельные судебные задачи, то позвольте и подсудимым воспользоваться данным обстоятельством в свою пользу и бороться только с ныне обследованными уликами, по поводу ныне рассматриваемого дела.

Вопрос вертится около стачки.

Познакомимся прежде всего с законом, нормирующим понятие о ней. Это тем более необходимо, что определение, данное прокурором понятию о наказуемой стачке, будучи верно, не исчерпывает, однако, всех признаков воспрещенного деяния, необходимых для вменения.

Обратите внимание на текст ст. 1358 и на соседку ее, на ст. 1359, сообразите отведенное им место в Уложении. Тогда не буду ли я прав, предложив следующий комментарий к закону, подлежащему применению по делу.

Статья 1358 не ограничивает понятия стачки наличностью массового прекращения работ до срока, с целью повышения заработка; она требует, чтобы целью стачки, при данных условиях, было увеличение платы по договору, той платы, уменьшать которую, в свою очередь; ст. 1359 воспрещает хозяину. Речь идет о той плате, о которой, как об эквиваленте труда, говорят соответствующие статьи X тома в отделе о личном найме.

Словом сказать, у стачки цель — увеличить до срока, вопреки договору и законам, ограждающим исполнение заключенных условий между работниками и работодавцем, наемную плату.