Сражение за Берлин. Штурм цитадели Гитлера. 1945

В то время, когда в Берлине падали бомбы и рвались снаряды, рушились мосты и взлетали на воздух целые заводы, женщины и дети днем и ночью выживали в импровизированных бомбоубежищах подвального типа и бункерах, когда трамваи использовались для транспортировки тяжелораненых, а советские солдаты уже набрасывались на первых встреченных берлинок, в городе не оказалось ни одного генерала или другого высокопоставленного деятеля, который с осознанием своего долга осуществлял бы необходимое руководство.

Царила ужасная неразбериха. Не имея ни малейшего представления о том, как работать рука об руку, какую работу поручить соответствующим военным, политическим и дипломатическим отделам и секторам, ни одна из служебных инстанций не знала, что и как она должна приказывать и какие распоряжения отдавать. Командующий Берлинским оборонительным районом постоянно сталкивался с противоположными распоряжениями имперского комиссара обороны, который в свою очередь наталкивался на контраргументы гауляйтера Бранденбурга и рейхсляйтера Бормана. Генерал-лейтенант Рейман отдал приказ одному из батальонов фольксштурма поскорее занять позицию в районе Панкова. А рейхсминистр доктор Геббельс тотчас распорядился через соответствующий районный комитет отозвать батальон назад в Шарлоттенбург. Но поскольку здесь речь идет о бранденбургском подразделении, по приказу гауляйтера Штюртца батальон был направлен в конце концов в Потсдам.

Из-за этих неупорядоченных отношений генерал-лейтенант Риттер фон Хауеншильд уже в марте 1945 года потерпел фиаско и был освобожден от своей должности. Генерал-лейтенант Рейман находился в такой же самой отчаянной ситуации. Он неустанно пытался добиться ясности в дальнейшем развитии событий у начальника штаба оперативного руководства Верховного главнокомандования вооруженных сил и у начальника Генерального штаба сухопутных войск. Однако ни генерал-полковник Йодль, ни генерал Кребс не могли дать ему никаких указаний, так как сами ничего конкретного не знали. Когда генерал Рейман еще раз обратил внимание Верховного главнокомандования вооруженных сил на то, что необходимо наконец сделать хоть «что-то», чтобы уже в ближайшие дни в Берлине не воцарился невообразимый хаос, он получил личный приказ Гитлера. В этом приказе коротко и ясно говорилось, что командующему Берлинским оборонительным районом не стоит беспокоиться об обороне города. Если дело дойдет до битвы за город, то защищать столицу рейха будет отступающая группа армий.

Поэтому для генерал-полковника Хейнрици, командующего группой армий «Висла», было полной неожиданностью, когда 19 апреля 1945 года ему была передана командная власть в Берлине. Поскольку до сих пор генерал-полковник был твердо убежден в том, что многомиллионный город обороняться не будет, он пытался в эти роковые дни отвратить от города уготовленную ему судьбу. Но у командующего не было возможностей, чтобы распутать клубок противоречий. Его распоряжения не признавались Гитлером.

Тогда – уже наступило 22 апреля, во многом решающий для Берлина день[11] – Гитлер подчинил Берлинский оборонительный район себе самому. Гитлер просто отдал приказ через голову командующего группой армий «Висла» Хейнрици. Генерал-лейтенант Рейман был немедленно смещен с должности. Ему поручалось командование армейской группой «Шпре», которая формировалась в Потсдаме. При этом речь шла об остатках разгромленных соединений или запасных частях, численность которых не достигала даже штатной численности одной дивизии.

Командующему 3-м военным округом, генералу инженерных войск Кунце, поручалось исполнять обязанности командующего Берлинским оборонительным районом под общим командованием Гитлера. Генерал посчитал, что не справится с этим заданием, и отклонил это предложение. Множество воинских частей (даже если здесь идет речь о жалких остатках), которые находились на 22 апреля в Берлине и сражались с первыми прорвавшимися советскими соединениями, не имели командующего. Тогда выбор Гитлера пал на функционера нацистской партии, некоего полковника Кэтера, ответственного офицера управления в Верховном главнокомандовании вооруженных сил. Полковник, произведенный на короткое время в генералы, был назначен командующим Берлинским оборонительным районом. Полковник Кэтер ожидал чего угодно, но только не этой, не сулящей ничего хорошего, должности. У полковника совсем не оставалось времени, чтобы за остающиеся в его распоряжении часы войти в курс дела. Он был совершенно неизвестен в войсках, и офицеры, обладавшие командными полномочиями в восьми секторах обороны города, тоже ничего не знали о своем новом командующем.

Для Берлина уже не было возможностей спасения. Когда во второй половине дня 22 апреля Гитлер получил достоверные сведения о том, что обергруппенфюрер СС Штайнер со своей армейской группой так и не перешел в контрнаступление из района Гогенцоллерн-канала в направлении Берлина, он понял, что все пропало[12].