Сражение за Берлин. Штурм цитадели Гитлера. 1945

– Герр генерал, покорнейше прошу разрешить мне отбыть!

Генерал Вейдлинг медленно привстал со своего кресла, подал начальнику штаба через стол руку и тихо напутствовал:

– С Богом!

Уже через несколько минут единственная немецкая радиостанция, имевшаяся в Бендлерблоке, передавала открытым текстом радиограмму «Всем»:

«Говорит LVI танковый корпус! Говорит LVI танковый корпус!

Просим прекратить огонь!

В 0.50 по берлинскому времени направляем парламентеров на мост Потсдамер-брюкке.

Опознавательный знак: белый флаг перед красным фонарем!

Ждем ответа!»

Русские радиостанции, находящиеся в центре Берлина и на восточной окраине города, приняли эту радиограмму, которая передавалась пять раз подряд. Генерал армии Чуйков приказал немедленно связать его с маршалом Жуковым, который сразу же дал согласие на прием немецких парламентеров. Ровно в полночь на 2 мая полковник фон Дувфинг в третий раз пересек линию фронта. В условленном месте его ожидали советские офицеры. На бронеавтомобиле его доставили по кратчайшему пути на улицу Шуленбургринг.

Генерал армии Чуйков встал из-за своего письменного стола. Он твердо посмотрел в глаза полковнику фон Дувфингу:

– Безоговорочная капитуляция? Да или нет?

Немецкий офицер ответил:

– Да!

Глава 10 Плен без возврата

Полковник Вёлерман, капитан Герхард и водитель стояли перед колонной Победы. Стрелки на светящемся циферблате наручных часов показывали первый час нового дня. Огонь советской артиллерии и танков ослабел, почти прекратился. Издалека доносились лишь отдельные пулеметные очереди. Стало слышно потрескивание многочисленных пожарищ. А так кругом царила тишина.

У цоколя колонны Победы стояли несколько групп офицеров и рядовых. Все смотрели на восток, где над домами поднималось огненно-красное зарево пожара. Все удивлялись воцарившейся тишине. И только когда Вёлерман приблизился к группе офицеров, собравшихся у колонны Победы, и сообщил им о событиях последних часов, они узнали причину неестественной тишины.

– Проклятье! Этого не может быть! Не верьте ни одному слову этого типа! Это предатель! – закричал молоденький лейтенант и с пистолетом в руке бросился к полковнику.

Капитан Герхард успел вовремя вмешаться. С помощью майора-артиллериста, командный пункт которого находился у цоколя колонны Победы, ему удалось обезоружить юного офицера. Остальные офицеры окружили полковника Вёлермана и просили рассказать подробности. Полковник спокойным тоном сообщил им, что, возможно, уже через несколько часов в силу вступит капитуляция.

Майор извинился перед полковником:

– Простите за то, что мой адъютант набросился на вас. У нас у всех нервы на взводе!

Вёлерман и его спутники последовали дальше. Поскольку сейчас огонь полностью прекратился, они могли идти по проспекту ось Восток-Запад, выпрямившись во весь рост. Правда, далеко пройти им не удалось. На широком проспекте началось движение. Мимо пробегали отдельные группы солдат. Их становилось все больше. Все спешили на запад. Вдруг раздался топот копыт. Тяжелые орудия. Вёлерман и Герхард выскочили на проезжую часть. Первые передки орудий остановились.

– В чем дело? – раздался грубый голос из окна передней легковушки.

– Куда вы собрались? – крикнул в ответ Вёлерман.

– Это не твое собачье дело! – прозвучало в ответ. Потом крикун, очевидно, заметил, что он говорит с полковником. Он выскочил из машины. – Капитан Бергер из дивизии «Мюнхеберг»!

– Что вы здесь делаете? – раздраженно спросил Вёлерман.

– Приказ командира дивизии: мы должны прорываться в сторону Шпандау!

– А теперь послушайте меня хорошенько, – начал Вёлерман и повысил голос, заметив, что к ним подошли несколько офицеров и солдат. Он вкратце рассказал о самоубийстве Гитлера и о предстоящей капитуляции Берлина.

– Это чушь! – заявил капитан. – Мы в этом не участвуем!

– Так точно! – подхватил какой-то лейтенант.

– Предатели! – крикнул другой юный офицер.

Какой-то вахмистр выхватил из кобуры свой пистолет. Однако на этот раз Вёлерман и Герхард среагировали быстрее. И у них в руках оказались пистолеты.

– Герр капитан, – крикнул Вёлерман командиру батальона, – я приказываю вам, как ваш начальник артиллерии…

– Начальник артиллерии? – недоверчиво спросил капитан. – Нашего начальника артиллерии зовут Платхов, а вы им не являетесь!

– Не являюсь, – согласился Вёлерман и попытался громким голосом убедить собравшихся в истинном положении дел.

Наконец, капитан подчинился. Он обратился к своим людям и приказал им занять места в транспортных средствах.

Полковник Вёлерман испытал огромное облегчение, когда батарея съехала на обочину и остановилась. На лбу полковника выступили крупные капли пота. Черная форма танкиста, которую он не снимал уже несколько дней, буквально приклеилась к его телу.