Столицы мира (Тридцать лет воспоминаний)

Чтобы правильно судить объ этомъ, надо поставить другую націю на мѣсто англичанъ, и, всего лучше, французовъ. Населеніе европейской Великобританіи равно населенію Франціи. Представьте же себѣ, что французы, сидя на двухъ европейскихъ островахъ, въ силу своего морского могущества, предпріимчивости и культурнаго превосходства, захватили бы такое количество всякаго рода материковыхъ и островныхъ владѣній во всѣхъ частяхъ свѣта — неужели они были бы менѣе высокомѣрны и безцеремонны, чѣмъ англичане, и не только они но и нѣмцы, и всякая другая европейская нація? Сомнѣваюсь. Хотя у насъ знаютъ, что Англія владѣетъ непомѣрно большихъ количествомъ колоніальныхъ земель, но извѣстныя цифры какъ-то мало попадаютъ къ намъ или, во всякомъ случаѣ, не вошли достаточно въ нашу память и въ обычный разговоръ, To, что составляетъ англійскія колоніи и зависимыя отъ Великобританіи территоріи (dependence) представляетъ собою дѣйствительно нѣчто поражающее. Королева англійская, носившая титулъ «индѣйской императрицы» собрала подъ своимъ скипетромъ триста милліоновъ подданныхъ. Вы слышите и читаете: слишкомъ триста милліоновъ! Изъ нихъ до 260,000,000 жителей только въ одной Индіи. Возьмемъ офиціальныя цифры къ 1890 г. и окажется, что британская имперія со всѣми своими колоніями и депенденциями занимала 9 милліоновъ квадратныхъ миль съ населениемъ въ я 7 млн., что составляетъ, стало-быть, одну пятую народонаселенія всего земною шара. И англичане могутъ безъ всякаго хвастовства, (на основати сухихъ статистическихъ данныхъ, и при томъ совершенно вѣрныхъ) сказать, что съ тѣхъ поръ, какъ существуетъ свѣтъ, не было еще под луною такою обширнаго, населеннаго и богатаго государства. Римская имперія, сравнительно съ теперешней британской имперіей, является чѣмъ-то относительно скромнымъ и если оно такъ, то повторяю, что же удивительнаго, что у англичанъ, съ ихъ склонностью къ національному субъективизму, нѣтъ той общечеловѣческой солидарности, какая желательна была бы въ ихъ сношеніяхъ съ другими націями?

Но у себя дома англичане совсѣмъ не такъ жестко іг своекорыстно поступаютъ съ тѣми, кто желаетъ пользоваться ихъ гостепріимствомъ. Не забудемъ, что Англія до сихъ поръ, почти единственная страна, которая защищаетъ свое стародавнее право: давать убежище всѣмъ изгнанникамъ. Она, и въ дѣлѣ выдачи по простымъ преступленіямъ, старается оградить всѣхъ иностранцевъ до послѣдняго предѣла. Мы это видѣли, еще не очень давно, no панамскому дѣлу.

На вопросъ: любятъ ли англичане кого-нибудь — нѣмцевъ, французовъ, насъ или итальянцевъ — надо, мнѣ кажется, отвѣтить такъ: никого они особенно не любятъ, но зато — въ нихъ самихъ нѣтъ никакихъ серьезныхъ препятствій къ тому, чтобы оцѣнивать въ другихъ національностяхъ все достойное сочувствія, а, главное, интересоваться тѣмъ, что происходитъ внѣ Англіи.

Въ этомъ смыслѣ, они стоятъ несомнѣнно выше французовъ и, быть можетъ, выше даже нѣмцевъ, хотя нѣмцы, по своему центральному положению въ Европе, имѣли и до сихъ поръ имѣютъ больше поводовъ духовнаго сближенія съ своими сосѣдями — ближними и дальними. При этомъ, надо отличать банальную британскую массу отъ людей дѣйствительно развитыхъ. Джонъ Буль банальнаго типа преисполненъ своей особенности и ничего не хочетъ знать, кромѣ своего я, своихъ англійскихъ порядковъ, идей, вкусовъ и привычекъ. Но вѣдь и французскій буржуа такогоже типа, ничѣмъ не лучше; онъ только менѣе чудаковатъ, общительнѣе и доступнѣе англичанина. Въ образованномъ обществѣ Лондона, и каждаго большого англійскаго города, вы всегда найдете не мало людей, которые чувствуютъ положительную потребность въ знакомствѣ съ тѣмъ, что дѣлается внѣ британскихъ владѣній. Да и какъ могло быть иначе, при всеобщей склонности культурныхъ англичанъ къ поѣз; камъ заграницу, къ большимъ и малымъ путешествіямъ, къ житью цѣлыми сезонами и годами, иногда десятками л?тъ, въ разныхъ концахъ Европы да и всѣхъ пяти частей свѣта? Пускай досужій человѣкъ, займется подведеніемъ статистическихъ данныхъ по части всего того, что на англійскомъ языкѣ напечатано о жизни современнаго человѣчества внѣ британскихъ владѣній — и, конечно, вы будете поражены громадными размѣрами такой литературы. Въ образованныхъ кружкахъ, и въ Лондонѣ, и въ провинціи, въ средѣ университетской даже въ веселящемся свѣтѣ вы на каждомъ шагу встрѣчаетесь съ людьми очень начитанными по литературѣ, исторіи, искусству, культурной жизни Франціи, Германіи, Италіи. Стоитъ только составить списокъ выдающихся статей за цѣлый годъ въ англійскихъ обозрѣніяхъ — ежемѣсячныхъ и еженедѣльныхъ, чтобы убѣдиться въ томъ, насколько англійское развитое общество интересуется тѣмъ, что дѣлается въ Европѣ. Итоги эти будутъ гораздо благопріятнѣе для Англіи, чѣмъ для Франціи. И только одна Германія можетъ поспорить съ Англіей по части всемірной любознательности.