Страницы жизни русских писателей и поэтов

Из прочитанного юноша усваивал манеры и взгляды полюбившихся героев, примеряя на себя маску того или иного. Одноклассники находили в Николае много странностей: то кричит козлом, то поет петухом среди ночи, то хрюкает свиньей. Кроме того, он не любил симметрии, был скрытным, застенчивым, молчаливым, неряшливым, постоянно что-то жевал. В гимназии его прозвали “таинственный карла”. Тем не менее, бывал общительным, веселым, с достаточным чувством юмора, при этом оставаясь “сюртучком, застегнутым на все пуговицы”. Близких друзей у Николая можно было пересчитать по пальцам одной руки, а остальных называл “существователями”, перед которыми стыдно пресмыкаться.

По этому поводу он писал матери: “Я почитаюсь загадкой для всех; никто не разгадал меня совершенно. Здесь меня называют смиренником, идеалом кротости и терпения…”. Дальше пишет о своей угрюмости, задумчивости, неотесанности, болтливости и даже глупости. Он входит в роль страдальца, готового на любые муки, отражая это в следующем письме: … “вряд ли кто вынес столько неблагодарностей, несправедливостей, глупых смешных притязаний и проч. Все вынес я без упреков, без роптаний”.

Учился Гоголь не блестяще, о чем говорит ведомость пансионеров за февраль 1824 года. “Отметку за поведение получили по единице: Яновский – за неопрятность, шутовство, упрямство и неповиновение». Однако директор гимназии И.С.Орлай находил в нем кроме лени и “отличные способности”.

Преподаватель И.Г.Кулижинский впоследствии дал свою оценку. «Гоголь очень плохо учился; хотя кончил курс нежинской гимназии, но в ней ничему, даже правописанию русскому не хотел научиться; не знал языков и так вступил на поприще русской литературы”.

Выпускник оправдывался в письме к матери: – «Я не говорил никогда, что утерял целые семь лет даром, скажу только, что нужно удивляться, что я в этом глупом заведении мог столько узнать еще…Ежели я что знаю, то этим я обязан самому себе…Вы увидите, что со временем за все худые дела я буду в состоянии заплатить благодеяниями, потому что зло их (существователей) мне обратилось в добро». Действительно всю жизнь Гоголь боролся со злом, и это станет лейтмотивом всех его произведений.

Юноша мечтал о подвиге, о стремлении служить Отечеству. “Холодный пот проскакивал на моем лице при мысли, что, может быть, мне доведется погибнуть в пыли, не означив своего имени ни одним прекрасным делом”, – писал он своему дяде П.Д.Косярскому, добавляя, что жизнь будет короткой и быстротечной.

Удивляет многогранность желаний юноши: собирался стать судьей, портным, художником, поваром и даже тянуло в неведомые Соединенные Штаты, которые Пушкин назвал «… Мертвечина. Человек в них выветрился, до того, что и выеденного яйца не стоит».

Перед отъездом из Нежина сын пишет матери: “Испытаю свои силы для поднятия труда важного, благородного на пользу отечества, для счастья граждан”… и, полный честолюбивых стремлений, с малым запасом денег и поэмой «Ганц Кюхельгартен», девятнадцатилетний Гоголь с рекомендательными письмами от родственника Трощинского Д.П. к сановнику Логину Ивановичу Кутузову и министру просвещения, отправился в декабре 1828 года покорять Петербург. Для начала задумал найти там “веселую комнату, окнами на Неву” и поступить на государственную службу”.

Глава 2

От отчаяния до признания

Неприветливой оказалась Северная Пальмира для молодого человека из глубокой провинции. Вместо «веселой комнаты» снял комнатку на четвертом этаже мрачного дома. Осмотревшись, увидев блеск и нищету Петербурга, впал в жесточайшую хандру. С местом службы не определился, деньги на исходе, но оставалась надежда на издание и продажу поэмы, на что были потрачены последние деньги. «Ганц», под псевдонимом «Алов», небольшим тиражом по цене пять рублей за экземпляр, появился в книжных лавках Петербурга. Критики не заставили себя долго ждать и «разнесли» поэму в пух и прах. Правда, некто Н. А. Полевой, смягчил поток неприязни, мягко сказав, что автор «…мог бы и не издавать своей идиллии».

Вместе со слугой Яковом Гоголь оббегал лавки и изъял весь тираж книжицы. В камине гостиницы на углу Вознесенского моста в июне 1829 года сочинитель предал ее огню. Сожжение войдет в его правило для избавления от неудавшихся произведений.

Считается, что первым печатным произведением юноши было стихотворение «Италия», опубликованное вначале 1829 года в журнале «Сын Отечества».