Глядя на происходящее, Радищев отметил: "Блаженны в единовластных правлениях вельможи. Блаженны украшенные чинами и лентами. Вся природа им повинуется. Даже немысленные скоты угождают их желаниям… Знатность без истинного достоинства подобная колдунам в наших деревнях. Все крестьяне их почитают и боятся, думая, что они чрезъестественные повелители".
В деревне Пешки Александр Николаевич решил перекусить "старым куском жареной говядины", которую вез с собой. Вошел в крестьянскую избу и, после выпитого чая с сахаром, "боярским кушаньем", огляделся.
"Четыре стены, до половины покрытые, так, как и весь потолок сажею; пол в щелях, на вершок по крайней мере поросший грязью; печь без трубы, но лучшая защита от холода и дым всякое утро зимою и летом наполняющий избу; окончины, в коих натянутый пузырь смеркающийся в полдень пропускал свет… Корыто кормить свиней или телят, буде есть, спать с ними вместе, глотая воздух, в коем горящая свеча как будто в тумане или за завесою кажется… Вот в чем почитается по справедливости источник государственного избытка, силы, могущества. Тут видна алчность дворянства, грабеж, мучительство наше и беззащитное нищеты состояние. – Звери алчные, пиявицы ненасытные, что крестьянину мы оставляем? то, чего отнять не можем, – воздух. Да, один воздух. Отъемлем нередко у него не токмо дар земли, хлеб и воду, но и самый свет… .
Жестокосердечный помещик! Посмотри на детей крестьян, тебе подвластных. Они почти наги… Но не ласкайся безвозмездием. Неусыпный сей деяний твоих страж уловит тебя наедине, и ты почувствуешь его кару"…
Власть существует для народа, а не наоборот, и богатство страны определяется не богатством немногих лиц, а благосостоянием всех.
Черная Грязь – последняя перед Москвой ямская станция. "Здесь я видел также изрядный опыт самовластия дворянского над крестьянами.
Проезжала тут свадьба. Но вместо радостного поезда и слез боязливой невесты на челе определенных вступить в супружество печаль и уныние. Они друг друга ненавидят и властию господина своего влекутся на казнь, к олатрю отца всех благ… И служитель его примет исторгнутую властию клятву и утвердит брак! О! горестная участь многих миллионов! Конец твой сокрыт еще от взора и внучат моих…".
Закончилось безрадостное путешествие Радищева из Петербурга в Москву, впереди его ждал более горький путь.
"Путешествие" – не только изобличение пороков российской действительности, но и предложения по ее переустройству. Ничего экстремального автор не предлагал.
В "Проекте в будущем" Александр Николаевич изложил свои мысли: освободить дворовых и запретить брать крестьян в качестве слуг, а если кто возьмет, то крестьянину дать вольную; дозволять браки крестьянам без вмешательства помещика, признать крестьянина собственником своего имущества и земельного надела; дать крестьянам равные и полные юридические права с запрещением наказывать без суда; дозволить крестьянам покупать землю, и определить выкупную сумму для получения свободы себя и семьи. Все эти меры в конечном итоге должны были привести Россию к отмене крепостного права, которое произойдет только через 71 год.
Реакция на книгу превзошла ожидания. Во мнении Петербург раскололся на две части. Одна считала автора великим Гражданином, вторая, большая часть, назвала сочинение как "непродуманное и безрассудное", а императрица узрела в нем зловредное антикрепостничество и приказала сыскать автора и посадить в Петропавловскую крепость с учинением дознания.
30 июня 1790 года автор был арестован. На одном из допросов в пыточном застенке Шешковского, заключенный раскаялся и отказался от "зловредной" книги, надеясь тем самым смягчить свою участь. От книги он отказался, но не отказался от образа своих мыслей. Находясь в крепости Радищев успел написать повесть о Филарете Милостивом.
Судьба "бунтовщика хуже Пугачева", была предрешена императрицей, но чтобы придать видимость правосудия, Уголовная палата произвела краткое расследование, и результаты представила графу Безбородко и главнокомандующему Петербурга графу – Брюсу.
Сенат и Совет вынесли единый приговор автору "Путешествия" – смертная казнь. 4 сентября 1790 года Екатерина Великая собственноручно подписала указ, обвинявший Радищева в измене присяге, должности и издании книги, "…наполненной самыми вредными умствованиями, разрушающий покой общественный, умоляющими должное ко власти уважение, стремящимися к тому, чтобы произвести в народе негодование против начальников и начальства и, наконец, оскорбительными и неистовыми выражениями против сана и власти царской".
По случаю заключения мира со Швецией "по милосердию и для всеобщей радости" суровый приговор Радищеву заменили ссылкой в Сибирь в Илимский острог "на десятилетнее безысходное пребывание".