Страны Белого Слона. Правда и вымыслы

Город Пегу (в современном бирманском произношении – Баго), находящийся в 80 км к северо-востоку от Янгона в Нижней Бирме, был столицей нескольких государств, благодаря чему эти самые государства и были известны европейцам с XVI в. именно под данным названием.

Заблуждение, существовавшее среди европейцев XVI–XVIII вв., состоит в том, что в Юго-Восточной Азии на территории Бирмы существовала страна под названием Пегу. На самом деле так называлась лишь столица нескольких государств, сменявших друг друга. Сами эти государства местными жителями так не назывались.

Таким образом, «государство Пегу» является экзонимом, т. е. внешним наименованием страны, использовавшимся главным образом европейцами в XVI–XVIII вв.

В XIV в. после падения Первого Бирманского царства в результате нашествия шанов (в истории оно ошибочно известно как монгольское вторжение в Бирму) на территории страны возникло несколько государств. В Верхней Бирме к концу указанного столетия сложилось бирманское государство Ава. В Нижней Бирме примерно в то же время возникло королевство Хансавади (санскр. «Гусиные воды»), где государствообразующим народом были моны – народ, родственный кхмерам Камбоджи, а вовсе не бирманцам. Столицей страны первоначально был г. Мартабан на юго-востоке страны, а с 1369 г. – Пегу, расположенный на берегах одноимённой реки, впадающей в дельту главной водной артерии страны – Иравади.

Именно монское государство Хансавади и стало известно европейцам под названием своей столицы как «Королевство Пегу» в начале XVI в. Его территория в период наибольшего расширения охватывала всю Нижнюю Бирму и юго-восток страны – нынешние штаты Мон и Тенассерим. Наивысшего могущества страна достигла в XV в., когда королевством правили такие правители, как Разадарит (1384–1421), отстоявший независимость Хансавади в ходе т. н. «Сорокалетней войны» (1385–1424) с бирманским королевством Ава, королева Шин Сопо (1454–1471) и король-монах Дхаммазеди (1471–1492).

Культура государства Хансавади оказала большое влияние на развитие как монов, так и бирманцев. Такие общебирманские святыни, как пагода Шведагон в г. Янгон, самая высокая в стране пагода Швемодо в г. Пегу и «Золотой валун» в горах бирманского Кайласа (он же – ступа Чайтийо), изначально являлись именно монскими святынями. Именно от монов бирманцы ещё в ранние годы Первого Бирманского царства восприняли буддизм и письменность.

В 1539 г. правитель бирманского государства Таунгу, расположенного между землями Верхней и Нижней Бирмы, завоевал монское государство, а в 1546 г. короновался по монскому обычаю в Пегу. В историю он вошёл как король-полководец Табиншветхи (1531–1550) – основатель Второго Бирманского царства, или «Империи Таунгу» (1546–1599). Несмотря на то что Табиншветхи был бирманцем, он сделал всё, чтобы снискать поддержку о стороны монского населения. Так, монский язык, наряду с бирманским, был объявлен официальным, а при дворе короля монов было ничуть не меньше, чем этнических бирманцев. Бирманский король короновался по монскому обычаю, а старшей королевой сделал монскую принцессу Дхамма Дэви. Кроме того, именно монский город Пегу стал столицей нового государства и был таковым до 1599 г. В XVII–XVIII вв. европейцы называли словом «Пегу» не только соответствующий город, но и всю территорию Нижней Бирмы. В 1740 г. моны подняли восстание против Бирмы и восстановили своё национальное государство Хансавади, которое продержалось до 1757 г., когда оно было разгромлено бирманцами, а его столица Пегу разрушена, за исключением почитаемых культовых сооружений.

Таким образом, под названием «Пегу» европейцам были известны три разных государства: Первое монское королевство Хансавади XV–XVI вв., Второе Бирманское царство в XVI в. и Второе монское королевство Хансавади в середине XVIII в.

Что же касается самого города Пегу, то он пришёл в упадок и уступил первенство более удобно расположенному Янгону (Рангуну) в XIX в. В настоящее время похожий на большое садоводство город является административным центром одноимённой провинции. Пегу известен своими достопримечательностями, такими как вышеупомянутая пагода Швемодо, т. н. «Гусиная пагода» (по-бирмански – Хинтагоун), храм Лежащего Будды и храм Четырёхликого Будды.

72 «Бирма никогда не была империей»

В сознании русского/европейского/американского обывателя Бирма/Мьянма никак не ассоциируется с имперским прошлым. Этого нельзя сказать, однако, о представлениях, свойственных жителям само́й Бирмы/Мьянмы или соседнего Таиланда. В сознании бирманцев и тайцев память об имперском прошлом Бирмы/Мьянмы весьма ощутима, и если для первых это повод для национальной гордости, то для вторых это скорее символ угрозы порабощения и угнетения.

Именно бирманцам удалось создать самую большую по площади державу в истории стран Юго-Восточной Азии. Случилось это в XVI в.