Страны Белого Слона. Правда и вымыслы

Взяв в очередной раз власть в свои руки, военные, однако, провозгласили своей задачей создание условий для постепенного перехода власти в стране в руки гражданского правительства. Понятно, что в условиях вялотекущих военных конфликтов на национальных окраинах быстро создать такие условия было невозможно, да и западные санкции очень сказывались на развитии страны. Тем не менее к началу 2010-х гг. экономическое развитие страны постепенно набирало обороты, а на окраинах удалось добиться прекращения военных действий со многими из вооружённых формирований. Всё это создало условия для прихода к власти вполне гражданского правительства в Бирме/Мьянме в 2015 г.

Интересно, что вначале приход к власти нового правительства, где доля военных составляла лишь 25 %, был воспринят населением с энтузиазмом – за долгие годы любая несменяемая элита успевает надоесть! Однако уже первые серьёзные проблемы и вызовы, с которыми столкнулось правительство, вроде «кризиса рохинджа» 2017 г., показали, что без участия военных не обойтись.

В настоящее время отношение к военным у простых бирманцев двоякое. С одной стороны, служить в армии и быть военным престижно – армия воспринимается как элита общества! Последние десятилетия показали, что вооружённые силы действительно являются опорой и залогом единства государства. С другой стороны, многие справедливо ругают военных за жёсткий полицейский режим и долгие годы изоляции страны. Поскольку всё познаётся в сравнении, бирманцы любят сравнивать «как было раньше – и как теперь», и при малейшей оплошности гражданского правительства сразу начинают вспоминать, что «при военных было лучше», или наоборот, если это же самое правительство справляется со своими обязанностями.

95 «Китайская инициатива “Один пояс, один путь” способна принести в экономику Бирмы/Мьянмы крупные инвестиции»

«No dam, no war».

«Нет дамбы, нет войны» —

надпись на скале у истока р. Иравади

Как показала мировая практика, любые китайские инвестиции за границей являются «игрой в одни ворота». Это касается и неоколониалистской инициативы «Один пояс, один путь», целью которой является превращение соседних государств, а также важных в стратегическом отношении регионов в тех или иных точках Земли в зависимые от Китая территории.

В Индокитае наиболее уязвимыми странами являются Бирма/Мьянма, Лаос и Камбоджа. Это связано с тем, что первая страна с середины ХХ в., и особенно в период нахождения у власти военных, развивалась изолированно, а также в условиях санкций со стороны Запада, вследствие чего была вынуждена развивать отношения с теми, кто санкции не поддерживал, т. е. с тем же Китаем. Вторая страна (Лаос) вследствие неудачного географического положения, малонаселённости и отсутствия значимых ресурсов оказалась инвестиционно малопривлекательной для других стран. Третья страна (Камбоджа) пустила в страну китайские инвестиции и фактически сдала Китаю на откуп главный порт страны г. Сиануквилль, дабы противостоять Вьетнаму, с которым у Камбоджи исторически не сложилось добрососедских отношений. Вьетнам, по тем же историческим причинам, не хочет слишком активно участвовать в проекте «Один пояс, один путь». Таиланду повезло с Китаем не граничить.

Ярким примером того, как работает стратегия «Один пояс, один путь», является история строительства порта Хамбантота на острове Цейлон (Шри-Ланка). Строительство порта началось в начале 2008 г. На тот момент отношения Шри-Ланки с потенциальными кредиторами из числа западных стран на тот момент были напряжёнными (власти страны обвинялись западными СМИ в совершении военных преступлений и в нарушении прав человека во время операций против сепаратистской группировки «Тигры освобождения Тамил-Илама»). В результате правительство страны решило обратиться за помощью к Китаю. Пекин предоставил необходимые средства, однако, вопреки ожиданиям властей Шри-Ланки, проект оказался убыточным: торговые суда предпочитали заходить в расположенный неподалеку порт Коломбо – столицу страны. Чтобы компенсировать понесенные убытки и хотя бы частично выплатить кредит (8 млрд долларов США), правительство предложило китайским фирмам с государственным участием выкупить 80 % акций порта и взять его в аренду. Это решение вызвало как недовольство Индии, так и волнения внутри страны. В итоге порт был сдан в аренду Китаю на 99 лет, хотя и на условиях безусловного признания шри-ланкийского суверенитета над территорией Хамбантоты и с запретом размещения там военной базы.

Приведённый пример является далеко не единственным, но одним их самых наиболее ярких.