Страшная тайна Ивана Грозного. Русский Ирод

Размышления Скуратова прервало появление на крыльце государя. Иван Васильевич вышел в такой же опричной одежде, как остальные. Если это и вызвало недоумение у стоявших навытяжку новых опричников, то никто благоразумно не посмел даже глазом повести. Царица Мария стояла на крыльце вместе с царевичами, бесстрастно разглядывая опричные ряды. «Точно кукла бездушная, — почему-то подумалось Вяземскому. — Чужая царица в Московии, всем чужая... Даже собственному брату Михаилу, что вытянулся, как остальные, в ожидании государя».

По знаку Басманова вперёд выступил всё тот же громкоголосый Путала Михайлов и зычным басом принялся читать клятву опричника. Стоявшие в чёрном парни повторяли вслед за ним:

   — Я клянусь быть верным государю и великому князю и его государству, молодым князьям и великой княгине и не буду молчать обо всём дурном, что я знаю, слыхал или услышу, что замышляется тем или другим против царя и его государства, молодых князей и царицы. Я клянусь также не есть и не пить вместе с земщиной и не иметь с ними ничего общего. На этом я целую крест.

Нестройный гомон голосов заставил Вяземского поморщиться, надо было бы заставить выучить клятву, чтоб говорили единым духом. А Малюта не раздумывал, он произносил клятву вместе с остальными, даже чуть опережая дьяка Михайлова, потому как знает текст наизусть, сам придумывал. Иван Васильевич скосил глаза на верного слугу и едва заметно усмехнулся в усы. Григорий Лукьянович словно забыл о присутствии самого государя, так увлёкся клятвой, клялся от души, очи горели. Да, более верного слугу трудно сыскать — решил для себя Иван Васильевич.

Понимал ли Иван Васильевич, какую власть даёт этим вот непросвещённым головорезам? Во что они могут превратить всё Московское царство, получив такую власть? Неизвестно. Для государя в то время не было ничего важнее организации жизни в Александровской слободе как примера для остальных…

В Александровской слободе не одни взрослые, Иван Васильевич постарался забрать с собой и дорогих ему детей. И не одних своих. Государь детей любил и старался о подрастающем поколении заботиться, особо если видел, что ребёнок смышлён и хорош собой. Очень Ивану нравился сын Дмитрия Годунова Борис. Отрок на два года старше царевича Ивана, давно овладел грамотой и счётом, знал Священное Писание, крепок телом и недурен собой. Не отстаёт и сестра Ирина. Девочка развита не по годам, а в учёбе всегда рядом с братцем, потому грамоту разумеет не хуже, а в чём и лучше. На Годуновых положили глаз одновременно и Иван Васильевич, и Григорий Лукьянович, каждый по-своему.

Государь углядел, что смышлёная, добрая Ирина нравится младшему царевичу Фёдору, и она от Фёдора носа не воротит, а ведь немногие выносят его занудство и блаженную улыбку. Есть такие, кто в глаза хвалит, а чуть отвернётся, так насмехаются. Царевич доброты несказанной, умён, но каким-то своим умом, точно просветлённый какой, жить с таким рядом — труда душевного много надобно. Маленькая Ирина не чуралась странного царского сына, подолгу о чём-то с ним беседовала, смеялась. Глядя, как заливаются смехом от своих детских радостей Фёдор и дочь Годунова, царь решил, что лучшей невесты для царевича не сыскать, а потому привечал детей Годуновых больше других.

Государь однажды пообещал:

   — Благословлю сей брак!

Знать бы Ивану Васильевичу, кем станет совсем молодой тогда ещё Борис Годунов! Дочь боярина Дмитрия Годунова Ирина станет женой младшего сына государя Фёдора. Сам Борис женится на дочери всесильного к тому времени Григория Лукьяновича Скуратова.

После смерти Ивана Васильевича недолго царствовать будет его младший сын Фёдор Иванович, а править за него Борис Годунов. После смерти Фёдора Ирину по воле её брата венчают на царство, а она, уйдя в монастырь, передаст шапку Мономаха самому Борису Годунову. Царствование Бориса продлится недолго, он умрёт то ли по болезни, то ли будучи отравленным... Москва изберёт нового царя — боярина Василия из рода Шуйских. Но и ему недолго править. На Руси наступали Смутные времена... Затем были поляки в Кремле, Минин и Пожарский и выборы государя из новой династии — Романовых.