Святая Русь. Подлинная история старообрядчества

Краснокирпичная церковь во имя Тихвинской иконы Божьей Матери у Серпуховской заставы (Хавская улица) была построена по проекту архитектора-старовера Николы Георгиевича Мартьянова (1872–1943) в 1911–1912 годах на месте деревянной моленной, известной со времен Петра I. В 1930 году храм был закрыт.

Горькие советские годы, когда здание церкви служило клубом и складом скобяных изделий, были для него не самыми худшими. Настоящая беда приключилась в 1991 году.

В то время, когда культовые сооружения возвращались прежним владельцам, городские власти продали бывший храм частному акционерному обществу, устроившему здесь гриль-бар. В 2003 году здание выкупил некий «православный бизнесмен», пожелавший подарить его Московской патриархии.

На попытки законных владельцев – старообрядцев – вернуть Тихвинскую церковь никониане отреагировали по-своему. В 2006 году некое Общество ревнителей патриарха Никона разместило в интернете такое заявление: «Мы считаем, что нет никаких оснований к пересмотру церковной и исторической правды. Во имя диалога со старообрядчеством многие православные фактически отреклись от имени святейшего патриарха Никона… Храм на Хавской, как и знаменитая церковь в стиле модерн на Бакунинской улице, должны принадлежать Русской Православной Церкви»[312].

Подобная участь постигла Покровско-Успенский храм близ Немецкого рынка (Малый Гавриков переулок). Необычная двухэтажная церковь, построенная в 1909–1911 годах в русском стиле по проекту архитектора Бондаренко, была чудесно убрана древними иконами из коллекции Рябушинского. Верхний храм, предназначенный для праздничных богослужений, был освящен во имя Покрова Богородицы. Нижний храм, предназначенный для будничных служб, – во имя Успения Богородицы.

В 1933 году храм был закрыт и разорен. Наиболее ценные иконы были переданы в Третьяковскую галерею, а колокола – в Большой театр. В здании располагались клуб и спортивная школа. Сейчас в церкви помещается сообщество восточных оккультистов Федерация учителей Кундалини Йоги. Законный владелец, воссозданная в 1995 году старообрядческая община, упорно, но безуспешно добивается возвращения храма.

Однако староверы золотого века не подозревали о печальной будущности своих святынь. Они жили полной христианской жизнью: строительство церквей, книгоиздательство, открытие учебных заведений.

Нежданной свободой старообрядцы сумели воспользоваться в полной мере. Но относительно благополучное и спокойное существование в одночасье кончилось в 1917 году. Все было как во дни Ноя: «Ели, пили, женились, выходили замуж… И пришел потоп, и погубил всех» (Лк. 17, 27).

Глава 19Епископ Геронтий

Будущий епископ Геронтий, в миру – Григорий Лакомкин, родился 1 августа 1872 года в деревне Золотилово Костромской губернии[313], в семье старообрядческого священника Иоанна Лакомкина.

Приход был бедным, поэтому поповской семье приходилось заниматься крестьянским трудом.

К тому же отец Иоанн постоянно подвергался преследованием властей, ведь для пристава и урядника он был «раскольником» и «лжепопом». От тяжелой и беспокойной жизни священник заболел чахоткой и умер.

Под руководством старшего брата Григорий занялся изучением церковного пения и богослужебного устава. В 1896 году он женился на благочестивой девице Анне Дмитриевне Печневой.

Позднее архиерей рассказывал, что по обычаю, принятому в деревне невесты, молодые должны были плясать на свадьбе. Но Григорий сам не стал этого делать и Анне запретил:

– Если вы позволите танцевать, то уже будете не моя невеста, а сатаны! Тогда я должен оставить вечер и не считать вас своей невестой.

Пляска не состоялась. И это удивило гостей, зашептавшихся, что «староверы упрямые, не хотят исполнять их местные обычаи»[314].

В 1899 году Григория забрали в армию, хотя он «ростом был мал и сильно худ». Епископ вспоминал: «Первый год он проходил строевую службу при полной строгости в то время бывшей дисциплины. За отказ петь песни немало получал защечин и побоев. За неядение мясной пищи в посты – подозрение в уклонении от службы. На второй год его определили в полковую канцелярию писарем».

Когда командир узнал, что Лакомкин «раскольник», отказывается ходить в полковую церковь и называет ее еретической, то хотел предать его суду. Однако за Григория вступился полковой священник, и писаря не только не засудили, но и произвели в старшие писари.

В 1903 году Лакомкин вернулся домой, а в 1906 году был поставлен в священники для села Стрельниково близ Костромы, где неожиданно умер настоятель. Рукополагал Григория нижегородский и костромской епископ Иннокентий (Усов). Он предупредил молодого иерея:

– Народ в Стрельниково очень увлечен в пьянство, люди характерные, вспыльчивые.

Старый Покровский храм в Стрельниково отец Григорий нашел запущенным: «В храме была походная церковь, вместо амвона были шпалы неприкрепленные, иконы на гвоздях, без иконостаса, пожертвованы от прихожан. Кругом грязь и чернота. Потолок того и гляди обвалится».

Дела прихода были расстроены. Вдова прежнего настоятеля плакалась Лакомкину: