Тайна чаек

Тэфи вышла вслед за матерью из комнаты. Торопливо идя по коридору, она обратила внимание на то, что все двери плотно закрыты, словно бы дом еще не проникся к ней доверием, не познакомился с ней достаточно близко, чтобы открыть ей свое сердце и вступить с ней в беседу. Ей пока что принадлежал лишь крошечный его кусочек — окно и угол комнаты. Но все-таки это было какое-то начало.

Она услыхала голоса и, перегнувшись через перила лестницы, посмотрела на этаж под ними. По лестнице поднималась, чтобы приветствовать ее мать, высокая, улыбающаяся, довольно красивая женщина.

— Я — Сара Такерман, — протягивая руку, сказала она. — Простите, что я не встретила вас у входа, когда вы приехали.

Тэфи нашла, что мать по-прежнему незримой Донны, несмотря на свою улыбку, выглядит слишком важно. Ее седые волосы были аккуратно причесаны. На ней было темно-синее платье с ослепительно белым кружевным воротником. «Интересно, — мелькнуло у Тэфи в голове, — что она подумала о маминых брюках».

— Я рада, что вы не больны, — сказала миссис Сондерс. — Сэм намекнул, что сегодня утром были какие-то трудности, и я опасалась…

Миссис Такерман перестала улыбаться, и лицо ее приняло озабоченное выражение.

— Опять Селесте померещились какие-то дурные предзнаменования. Когда это случается, мы почти ничего не можем с ней поделать. Она вдруг решила, что палец о палец не ударит в кухне, и мы не готовы к ленчу. Потому-то я и была занята и не знала о вашем прибытии. Мне кажется, ее расстроил ваш приезд.

Выходит, Селеста — повариха. «Но почему, — недоумевала Тэфи, — их приезд мог ее расстроить?!» Тут она заметила, что мать решительно распрямила плечи. Папа всегда говорил, что мама — «человек дела», вместо того чтобы тревожиться понапрасну, она «засучивает рукава и что-то делает». Было совершенно ясно, что и теперь, пробыв в «Сансет хауз» едва ли десять минут, она собиралась взяться за дело.

— Ну и что будет с ленчем? — спросила она.

— Придется обойтись сандвичами, — ответила миссис Такерман. — Отель у нас маленький, из года в год приезжают в основном один и те же люди. В каком-нибудь большом отеле на острове сандвичи погубили бы все дело, но здесь, у нас, все это только создаст некую семейную атмосферу. Наши гости знают Селесту и знакомы с ее внезапными сменами настроения, хотя, слава Богу, она не часто вообще бросает кухню.

— А сколько человек работает на кухне? — спросила миссис Сондерс.

— Четверо — Селеста, помощник повара и две девушки, которые подготавливают необходимые овощи и занимаются уборкой. Селеста полностью господствует на кухне; когда она бастует, три остальные работницы почти совсем беспомощны. Сейчас они трудятся над приготовлением сандвичей.

— Нам придется это изменить, — заявила миссис Сондерс, как если бы приготовление горы сандвичей для маленькой армии голодных постояльцев было задачей, с которой она успешно справлялась ежедневно. — Я только не понимаю, почему Селесту должно беспокоить мое появление. Я знаю, насколько отель обязан своим успехом именно ей. Разумеется, я не стану вмешиваться в ее дела или производить какие-либо изменения.

— Дело… дело не в этом, — похоже, миссис Такерман не хотелось продолжать.

Миссис Сондерс решительно направилась вниз по лестнице, словно бы не услышав слов миссис Такерман и не заметив ее колебания. На последней ступеньке она остановилась и щелкнула пальцами. Тэфи сразу поняла: ее осенила очередная вдохновляющая идея.

— Я знаю, что я сделаю! Я скажу гостям, что Селеста временно нас покинула, и приглашу всех, кто пожелает, пройти на кухню и самим приготовить себе сандвичи, любые, какие им только захочется. Им, вероятно, такая идея понравится.

Миссис Такерман несколько сомневалась на этот счет, но, когда матерью Тэфи овладевала великая идея, остановить ее было невозможно. Она весело направилась к гостиной, чтобы объявить свое предложение.

Тэфи находилась на последнем пролете лестницы, когда миссис Такерман посмотрела вверх и увидела ее. На лице экономки снова появилась улыбка.

— Здравствуй, — сказала она. — Ты, наверное, Тэфи Сондерс. Донна с нетерпением ждет твоего приезда. Не хочешь ли перед ленчем взглянуть на сад? Можешь выйти через заднюю дверь вон там.

Тэфи охотно направилась к двери. На заднем крыльце сидели и разговаривали какие-то женщины. Пока Тэфи спускалась со ступенек, одна из них подняла голову и улыбнулась ей. На ней были брюки — так, выходит, мама была права!

Сад был очень красив. Лужайка, зеленая и гладкая, простиралась до самой воды и казалась такой соблазнительно-мягкой, что у Тэфи возникло искушение скатиться по ней вниз. Цветочные клумбы, размещенные по краям лужайки, создавали красочный узор, выделявшийся на зеленом фоне травы. Тэфи подумала: можно испытывать своего рода счастье просто от того, что смотришь на что-то красивое.

Как бы ей хотелось знать название цветов! Когда живешь в гостиницах, не так-то много у тебя шансов узнать что-либо о цветах. Когда-нибудь, когда у семейства Сондерс будет собственный дом, она поможет матери посадить сад, и ей будет известно название каждого цветка в этом саду.