Тайна долгожителя Жанны Кальман

Я всегда относился с большими сомнениями к возрасту тех людей, кто стал известен не по своим ярким поступкам или профессиональной деятельности в течении всей своей жизни, о которых писали газеты и журналы именно в то давнее время, когда они были молодыми, а только благодаря большей, чем у других продолжительности жизни. Причем только в самом конце жизни и только при появлении на горизонте журналистов. Или обнародовании, например, участие им в войне 1812 года, которое не возможно проверить. А если их невозможно проверить, то факт ли это? И что здесь факт? То, что Ван Гог был в Арле – это факт, так как писали об этом в те же годы XIX века, когда он был в городе. А вот то, что Кальман была знакома с художником, при всем желании, проверить трудно в силу того, что об этом она заявила только через сто лет.

Да, все эти люди, кто занимает самые верхние строчки в списках рекордов продолжительности жизни – это безвестные при жизни персоны. А что с того – скажет уважаемый читатель, – ведь их много больше, чем известных людей? Не спешите с выводами – отвечу я.

Отличие первых от вторых в том, что их возраст можно проверить не только по биографии, но и она подтверждена множеством прочих документов, например, наградных документов, записями в трудовых книжках, картинами, газетами и журналами. Помните эпизод «Калины красной», где герой Василия Шукшина говорит старикам, что грамоты должны на стенке висеть?

Да, тут скажет уважаемый мой читатель, но у Кальман все нормально с документами. Их даже избыток – только 16 записей о ней при переписях. Да, но нет никаких официальных «внешних» свидетельств о её жизни в молодости, зрелости. И все они, как на подбор, появились только в конце её жизни. И только на столетие смерти Ван Гога (1853–1890), когда она объявила, что была лично знакома с ним.

Не знаю как для французского самосознания, но для русского ума уж точно вызывает сомнение сам факт уничтожения семейного архива фотографий по указанию самой же Жанны Кальман.

Вот то, что она Кальман, сомнений нет, а вот то, что она совсем не Жанна, такая уверенность тоже есть. И чем дальше, тем больше фактов об этом говорит. На мой взгляд, именно там, в сожженных фотографиях, и были сведения, кто же она такая. Или там заметная разница в росте между Жанной Кальман в старости и молодости. Или какой другой отличительный или заметный признак.

Но это знала только она. И чтобы никто его не увидел, настолько он был очевидным, что она решила его отправить в вечность. Фактически эта дама использовала принцип многих спецслужб мира – нет свидетелей, нет и вопросов. Но только решив сделать себя суперзвездой, лишь тогда она уничтожает фотографии. И эта временная привязка объявления миру о своем знакомстве с Ван Гогом и сожжение архива тоже сами по себе вызывают вопросы.

Итак, давайте посмотрим, что же произошло после того, как математическая работа, а затем и работа с архивными документами города Арль русского математика Николая Зака была закончена и блестяще подтвердила мое профессиональное экспертное мнение, что рекорд именно клинически не достоверен, и что перед нами более молодое лицо.

Итак, я от своего имени Председателя секции геронтологии МОИП при МГУ, пишу письмо в GRG, директору этой группы Роберту Янгу. Письмо, на мой взгляд, спокойное и взвешенное, ничего лишнего:

«Добрый день, уважаемый Роберт. Прошу обратить внимание, что наша позиция следующая – мы выдвигаем версию, что данный случай – это было два человека. Наиболее вероятно, что это Жанна и Ивонн Кальман. Работа Зака с архивами города показывает это довольно обоснованно. Наше мнение, при всем уважении к Вам, внятное и четкое.