Читаем Тайна долгожителя Жанны Кальман полностью

Продолжим: «Это не относится к делу со случаем Жанны Кальман, потому что простая догадка о заговоре и гипотезы лиц, спекулирующих без фактических доказательств, подлежат отклонению. Это включает в себя необоснованное страховой «слух за обеденным столом» из французской книги «Секреты страхования», целью которой было создать неподтвержденные, недоказанные истории о том, как люди могут обманывать систему страхования жизни, чтобы мотивировать страховых агентов более тщательно проверять претензии. При ближайшем рассмотрении, не только пересказчик слухов отозвал его, первоначальный источник слухов также признал, что не имеет каких-либо доказательств, это просто домыслы. Более того, идея переключения идентификаторов в 1960-х годах не имеет отношения к другим предположениям о некоторых ID-переключателях в 1930-е годы, чтобы избежать налогов на наследство. Что, однако, уместно, так это то, что оценка событий в 1930-х годах основана на неверных фактах. Такие факты, как фактические налоговые ставки, опровергли этот слух и, кроме того, обнаружили, что гипотетический ID-переключатель на самом деле мог быть финансово невыгодным, а не выгодой».

«Для науки важно работать на научных принципах. Пока предвзятые представления в порядке для того, чтобы привести к гипотезам, по определению, проверка гипотезы должна быть нейтральной и объективной. Предварительное решение о том, каким будет результат тестирования, не соответствует определению нейтральности или объективности и, следовательно, не соответствует определению науки.

«Аргумент с позиции» это распространенная ошибка в философии, религии и политике… но этому не место в науке. Мы также должны включить в наш научный анализ возможность нулевой гипотезы: гипотеза является недействительной или неправильной».

Комментарий автора книги: автор письма Роберт Янг, по образованию историк, не склонен писать четко и внятно, что уже само по себе вызывает вопросы. Он ушел в мотивировочную часть, почему могли поменяться мать с дочерью, но тем самым уводит от факта обмена, и его обоснования, где у него не хватает знаний.

Более 20 лет GRG размещала в различных источниках, включая Википедию, фотографию Ивонн Кальман с подписью под ней – «это Жанна Кальман в молодости». Это всё, что нужно знать: какими же методами действует геронтологический бомонд в теме сверхдолгожительства.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Первые леди Рима
Первые леди Рима

Супруги древнеримских императоров, дочери, матери, сестры — их имена, многие из которых стали нарицательными, овеяны для нас легендами, иногда красивыми, порой — скандальными, а порой и просто пугающими.Образами римских царственных красавиц пестрят исторические романы, фильмы и сериалы — и каждый автор привносит в них что-то свое.Но какими они были на самом деле?Так ли уж развратна была Мессалина, так ли уж ненасытно жаждала власти Агриппина, так ли уж добродетельна была Галла Плацидия?В своем исследовании Аннелиз Фрейзенбрук ищет и находит истину под множеством слоев мифов, домыслов и умолчаний, и женщины из императорских семей — умные интриганки и решительные честолюбицы, робкие жертвы династических игр, счастливые жены и матери, блестящие интеллектуалки и легкомысленные прожигательницы жизни — встают перед нами, словно живые.

Аннелиз Фрейзенбрук

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История
Письма к Вере
Письма к Вере

Владимир и Вера Набоковы прожили вместе более пятидесяти лет – для литературного мира это удивительный пример счастливого брака. Они редко расставались надолго, и все же в семейном архиве сохранилось более трехсот писем Владимира Набокова к жене, с 1923 по 1975 год. Один из лучших прозаиков ХХ века, блистательный, ироничный Набоков предстает в этой книге как нежный и любящий муж. «…Мы с тобой совсем особенные; таких чудес, какие знаем мы, никто не знает, и никто так не любит, как мы», – написал Набоков в 1924 году. Вера Евсеевна была его музой и первым читателем, его машинисткой и секретарем, а после смерти писателя стала хранительницей его наследия. Письма Набокова к жене впервые публикуются в полном объеме на языке оригинала. Подавляющее большинство из них относится к 1923–1939 годам (то есть периоду эмиграции до отъезда в Америку), и перед нами складывается эпистолярный автопортрет молодого Набокова: его ближайшее окружение и знакомства, литературные симпатии и реакция на критику, занятия в часы досуга, бытовые пристрастия, планы на будущее и т. д. Но неизменными в письмах последующих лет остаются любовь и уважение Набокова к жене, которая разделила с ним и испытания, и славу.

Владимир Владимирович Набоков

Документальная литература / Биографии и Мемуары / Документальная литература / Прочая документальная литература / Документальное