Тайны древних цивилизаций

А вот войско Филиппа, в отличие от ополчения греческих полисов, комплектовалось на регулярной основе: из крестьян набирали пехоту, из аристократов – конницу. На поле боя его воины вытраивались огромной фалангой, мощным строем, где все стоят плечом к плечу и держат большие копья. В македонской фаланге было больше рядов и длиннее копья. Считалось, что задние ряды клали свои копья на плечи передних, и эта прямоугольная фаланга превращалась в огромного ежа, ощетинившегося остриями копий. Столкнувшись с ней лицом к лицу, разгромить ее было совершенно невозможно. Уязвимее она была для удара сбоку, с флангов, – этот еж был очень неповоротлив. Сбоку стояла конница. И конница, и регулярная пехота – это, конечно, армия богатого царства. Никто из свободных жителей Афин не стал бы служить в македонской фаланге, потому что там надо было все время тренироваться, нужна была муштра для того, чтобы весь этот большой отряд действовал слаженно, разворачивался по приказу. Афиняне, может быть, были бы и рады служить в коннице, но конница – это армия богатых людей. Или ты сам оплачиваешь коня, вооружение, своего конюха, или это делает государство.

Филипп мог себе позволить содержать мощную богатую армию. А с другой стороны, считается, что он сказал: «Нет такой крепости, которую не взял бы осел, груженый золотом», – и этим принципом он пользовался в полной мере. Филипп подкупает политиков практически во всех греческих городах, и всюду возникают промакедонские партии. Наряду с ними в Афинах, и особенно в Фивах, которые находились ближе к Македонии, как и в других местах, повсюду есть мощные антимакедонские партии. В Афинах эту партию возглавляет великий оратор Демосфен. Тот самый, который специально ради того, чтобы принимать участие в управлении городом, в политической жизни, чтобы его слушали на народном собрании, преодолел свои природные изъяны. У Демосфена дергалось плечо (сегодня бы сказали, что у него был тик), он шепелявил, он боялся толпы, у него был тихий голос и все основания опасаться, что никто в народном собрании не будет слушать такого оратора. Но, как гласит легенда, он заперся у себя дома и очень низко подвесил меч – так, что тот почти касался его плеча. И каждый раз, когда плечо дергалось, то меч колол его. Так он исцелил себя от нервного тика. А дальше он якобы выходил на берег моря, набивал рот камешками – и таким образом боролся с шепелявостью и перекрикивал шум волн. И Демосфен становится великим оратором. Прославится он как раз прежде всего своими речами против Филиппа. Отсюда и слово «филиппики» – те речи, в которых он призывал жителей Афин во что бы то ни стало защищать свою независимость. И Филипп внимательно следит за всем происходящем в греческих городах. Сначала он кого-то подкупает, с кем-то заключает союз, а когда союз с ним заключать не хотят, он отправляется воевать.

Древнегреческий государственный деятель Демосфен. Римская мраморная копия с бронзового греческого оригинала III века до н. э.

В 338 году до н. э. в битве при Херонее войско Филиппа разгромило объединенное войско греческих городов. Считается, что многие жители Афин бежали с поля боя. А вот фиванцы, прежде всего Священный отряд, куда входила элита фиванской молодежи, готовы были гибнуть на поле боя, но не отступить: кто-то попал в плен, кто-то погиб. Именно против фиванцев в той битве сражался вместе с македонской конницей Александр. Позже на поле в Херонее в память о Священном отряде поставили памятник – огромного льва. Долго никто не знал, правда это или нет, но в XIX веке археологи действительно нашли гигантскую скульптуру льва на том месте, где происходила эта битва. С фиванцами Филипп обошелся очень сурово, к Афинам же был расчетливо милостив. Он отпустил их без выкупа и передал тела павших для погребения. Филипп надеялся все-таки заключить с ними союз.