Читаем Тайны языческих богов полностью

Но хотя страх всегда был отличительной чертой культа мертвых, цель погребального ритуала отнюдь не сводилась к обезвреживанию покойника. Также требовалось привести умершего в состояние мира с самим собой и гармонии с новым окружающим его духовным миром. Еще надо было избавиться от опасных инфекций. которые угрожали вошедшим в тесный контакт с трупом или соприкасавшимся с таинством смерти. В общем же в культе мертвых отражено обычное отношение примитивных народов к любому священному объекту, а именно — одновременное проявление страха, уважения и почтения к существу — полубогу или полудьяволу, который, может быть, поочередно является то богом, то дьяволом.

Презервирование и кремация

Итак, с одной стороны, в похоронном обряде предпринимается решительная попытка избавиться от умершего как можно скорее и надежнее, а с другой стороны — сохранить физическое тело или его суррогат навсегда или на какой-то определенный период времени. Связь этих двух желаний прослеживается в сочетании двух способов погребения, кажущихся диаметрально противоположными, — т. е. в использовании презервирования и кремации. Как мы уже знаем, в Австралии после поедания на погребальном пиру плоти умершего из костей и высушенной кожи иногда мастерили некое подобие мумии, крепко прижав ноги к туловищу и связав колени, и в гаком виде сохраняли для ритуала погребения, часто — кремации. Перуанские мумии подвергались такому же сжатию. В Никарагуа обнаружено захоронение вождя, которого после смерти завернули в ткань и на веревках повесили над костром для высыхания. Через год останки были отнесены на рыночную площадь и сожжены. Аборигены верили, что дым улетел "туда, где находилась его душа"228. Во Флориде умерших заворачивали в дорогие ткани, высушивали у огня и помещали в пещерную нишу. В кургане у озера Санта-Фе вместе с черепами были найдены фрагменты полусожженных человеческих костей, на которых не имелось следов воздействия огня224.

Такие же обгорелые человеческие кости, вкрапленные в древесный уголь, обнаружены на туземных кладбищах в Британском Гондурасе230 и на востоке от Миссисипи231. В долине реки Малая Теннесси в кургане индейцев чероки найдены черепа и кости, лежащие на слое угля и золы; а в другом захоронении того же района — тело, обмазанное известковым раствором, положенное лицом вверх. Поверх него сохранились остатки костра. Таким образом, тело оказалось в керамическом "футляре"232.

Ацтеки Мексики омывали тело умершего ароматическими водами, прежде чем поместить его на костер. Возможно, это — пережиток мумификации, изображенной на рисунках испанской рукописи XVI века "Relacion de las ceremonias у ritos de Michoacan". Там запечатлен фрагмент погребального обычая индейцев мичоакан, — носильщики несут на головах тело, обмотанное хлопковыми повязками, направляясь к погребальному костру. В Чичен-Ица (на полуострове Юкатан) есть изображение подготовки тела к кремации: оно разрезано для удаления внутренних органов, которые после обработки огнем до стадии обугливания помещают на хранение в каменную урну с киноварью233.

Десикация и мумификация

В пещерах на севере Аризоны находят тела, иногда завернутые в одеяла и тканые полотна и связанные в скрюченном положении в виде мумий-узлов, напоминающих изображенные в мексиканских манускриптах234. В Кимбоко (в районе Кайент) тела покрыты слоями известкового суглинка; это указывает на то, что погребения производились в цистах235. В долине Нижний Мимбрес (Нью-Мексико) скелеты, каждый в отдельности, глубоко погружены в красную глину. Большие продырявленные блюда наложены на лица236, как это было также в лужицких оссуариях237. Селитровые пещеры в этом регионе широко использовались для погребения; тела, найденные в них, сохранились невредимыми, кожа у большинства из них не треснула; в захоронениях находились декорированные ножные браслеты, украшения из раковин и наручные браслеты, красиво сплетенные из соломы. Останки были завернуты в грубую хлопковую ткань, между ног лежал большой ком хлопка (иногда окрашенный в красный или синий цвета) с перьями индейки, большого дятла и сойки. Возле голов стоял или большой глиняный кувшин, или емкость, напоминавшая бутылочную тыкву238.

Перейти на страницу:

Все книги серии Великие тайны истории

В поисках сокровищ Бонапарта. Русские клады французского императора
В поисках сокровищ Бонапарта. Русские клады французского императора

Новая книга известного кладоискателя А. Косарева, написанная в соавторстве с Е. Сотсковым, захватывает не только сюжетом, но и масштабом интриги. Цена сокровищ, награбленных и спрятанных Бонапартом при бегстве из России, огромна во всех отношениях. Музейное дело в начале XIX в. только зарождалось, и мы даже не знаем, какие шедевры православного искусства оказались в числе трофеев «Великой армии» Наполеона. Достаточно сказать, что среди них были церковные драгоценности и реликвии главных соборов Московского Кремля, десятков древних монастырей…Поиски этих сокровищ продолжаются уже второй век, и вполне возможно, что найдет их в глуши смоленских лесов или белорусских болот вовсе не опытный кладоискатель, не историк, а один из тех, кто прочитает эту книгу — путеводитель к тайне.

Александр Григорьевич Косарев , Евгений Васильевич Сотсков

История / Образование и наука
ТАСС уполномочен… промолчать
ТАСС уполномочен… промолчать

«Спасите наши души! Мы бредим от удушья. Спасите наши души, спешите к нам!..» Страшный в своей пронзительной силе поэтический образ из стихотворения В. Высоцкого лучше всяких описаний выражает суть сенсационной книги, которую вы держите в руках. Это повествования о советских людях, которые задыхались в гибнущих подлодках, в разрушенных землетрясениями городах, горели заживо среди обломков разбившихся самолетов, сознавая, что их гибель останется не известной миру. Потому что вся информация о таких катастрофах, – а их было немало, – тут же получала гриф «Совершенно секретно», дабы не нарушать идиллическую картину образцового социалистического общества. О разрушительных американских торнадо советские СМИ сообщали гораздо больше, чем об Ашхабадском землетрясении 1948 года, которое уничтожило многонаселенный город. Что уж говорить о катастрофических событиях на военных кораблях и подводных лодках, на ракетных полигонах! Сейчас кажется странной эта политика умолчания, ведь самоотверженность и героизм, проявленные во время катастроф, и были достойны стать примером верности самым высоким идеалам человеческих отношений. И потому столь нужны книги, которые приподнимают завесу тайны не только над землетрясениями в Ашхабаде или Спитаке, трагедией «Челюскина» или гибелью подлодки «Комсомолец», но и над теми событиями, что остались не вполне понятны даже их участникам…

Николай Николаевич Николаев

История / Образование и наука

Похожие книги

Knowledge And Decisions
Knowledge And Decisions

With a new preface by the author, this reissue of Thomas Sowell's classic study of decision making updates his seminal work in the context of The Vision of the Anointed. Sowell, one of America's most celebrated public intellectuals, describes in concrete detail how knowledge is shared and disseminated throughout modern society. He warns that society suffers from an ever-widening gap between firsthand knowledge and decision making — a gap that threatens not only our economic and political efficiency, but our very freedom because actual knowledge gets replaced by assumptions based on an abstract and elitist social vision of what ought to be.Knowledge and Decisions, a winner of the 1980 Law and Economics Center Prize, was heralded as a "landmark work" and selected for this prize "because of its cogent contribution to our understanding of the differences between the market process and the process of government." In announcing the award, the center acclaimed Sowell, whose "contribution to our understanding of the process of regulation alone would make the book important, but in reemphasizing the diversity and efficiency that the market makes possible, [his] work goes deeper and becomes even more significant.""In a wholly original manner [Sowell] succeeds in translating abstract and theoretical argument into a highly concrete and realistic discussion of the central problems of contemporary economic policy."— F. A. Hayek"This is a brilliant book. Sowell illuminates how every society operates. In the process he also shows how the performance of our own society can be improved."— Milton FreidmanThomas Sowell is a senior fellow at Stanford University's Hoover Institution. He writes a biweekly column in Forbes magazine and a nationally syndicated newspaper column.

Thomas Sowell

Экономика / Научная литература / Обществознание, социология / Политика / Философия