Тайны тринадцатой жизни

– Вчетвером вы гору не одолеете, – крикнул снизу инженер Уклейкин. Я тут прикинул ваш общий вес и возможность воздействия этого веса на макушечную массу мокрой земли. Не буду ударяться в цифры, они у меня в голове, но вашего веса, к сожалению, недостаточно. При добавлении моих восьмидесяти семи килограммов будет самое оно. Так что, я с вами!

– А как же твой талант изобретателя, а твои межгалактические полёты, проекты по общению старокачельцев с инопланетянами? – вскричал Смычкин. – Уклейкин, ты не принадлежишь себе, ты – гордость всего Старокачелья! Как ты можешь так легковесно принимать подобные решения?

– Оставь весь этот пафос, Владлен. Никому мы с тобой не нужны по большому счёту. Были бы нужны, сидели бы на одних форумах с власть предержащими. Деньги бы на наши труды выделяли большие, чтобы можно было великие замыслы претворять в жизнь. А так мы только влачим жалкое существование. В данной ситуации я могу одно лишь сказать: пан или пропал.

Почесав в затылке, Смычкин махнул рукой и обречённо промолвил:

– С тобой, Уклейкин, трудно не согласиться. По ходу я придумал изреченье: мы все умрём, и я не исключенье.

Когда все отважные мужчины оказались на уцелевшей части макушки кургана, они на счёт раз-два-три начали дружно скакать и кричать, то со стороны это могло показаться каким-то древним ритуалом у какого-нибудь африканского племени, которое занято вызыванием духов, помогающим мужчинам в охоте, а женщинам в родах и в поддержании семейного очага. Видимо, и в деле открытия клада тоже не обошлось без помощи духов, потому что в следующую минуту огромная масса когда-то насыпанной скифами земли вдруг начала сползать вниз, унося на своём горбу шестерых визжащих от восторга смельчаков.

Хорошо, что дед Захар заранее отвёл лошадь с телегой подальше от опасного кургана. Ромашка во второй раз испугалась оползня, но на этот раз уже не так сильно. Люди, оказавшись внизу, стали ощупывать бока после падения, которого не удалось избежать никому, поскольку поток мокрой земли разогнался с невероятной силой. Когда все взглянули на место высившегося кургана, то увидели сверкающий в вечерних лучах солнца островок из драгоценных металлов и камней, среди которых кое-где торчали кости людей и животных, а также не до конца истлевшие за многие века оружие и воинские доспехи древних скифов.

При виде огромного клада у всех без исключения загорелись глаза. Пихенько хотел даже закричать, но Гарик Закирьянович показал ему кулак. Все молча, потирая ушибы, двинулись к обнажившемуся кладу. А Гарик сказал, что ничего без его ведома нельзя трогать. Иначе клад можно загубить. Надо соблюсти особый ритуал, благодаря которому клад дастся в руки и не принесёт несчастья тем, кому он достался. После того, как Гарик Закирьянович поколдовал над сокровищами, он разрешил вынимать из земли монеты и украшения и сносить их в одну кучу. Дед Захар принёс свой брезентовый плащ, куда и стали складывать добытые из земли драгоценности. Подняв всё, что легко удалось найти и отряхнуть от грязи, было решено провести раскопки с применением лопат. Возможно, некоторые ценности могли уйти глубже в землю. Но и без того добытого добра было так много, что обратно Ромашка могла везти не людей, а только добычу.

– Вот, дед Захар, везучий ты мужик! – промолвил улыбающийся Пихенько. Повёз только просто показать курган, а он возьми да откройся со всем своим содержимым!

– Рот закрой, – грубо одёрнул Жоржа Гарик Закирьянович! С этого дня про клад ни одного неосторожного слова, и тем более не должно быть никакого хвастовства по поводу нашей удачи. Удача – штука капризная и пугливая. Заметить не успеешь, как она уже взяла и отвернулась от тебя.

– Он прав, – поддержал Гарика Смычкин. – Никакого бла-бла! Нам ещё надо всё это вывезти отсюда, потом реализовать, минуя официальные надзорные органы. А для этого нужно так затихариться, чтобы ни одна сволочь не догадалась, что мы разбогатели за счёт наших древних земляков. Отныне мы должны благодарить скифов за этот дар и тайно поклоняться их божествам, чтобы они помогли нам легализовать добытое нами добро.

– Абсолютно согласен с Владленом, – сказал Гарик. – Никто не должен быть обижен на нас за эту свалившуюся удачу.

Все сразу прониклись важностью момента и говорить стали полушёпотом, при этом тщательно подбирая слова. Решено было вернуться в дом деда Захара, когда стемнеет, чтобы не привлекать внимания сельчан.

– Наверняка развалившийся курган вызовет нездоровый интерес местных правоохранительных органов, – высказал опасение Жорж Пихенько. – Они решат, что разрушение кургана – это дело рук чёрных копателей, коих в этих краях немало шастает. Нас они точно припишут к их числу, особенно если найдут у Миколы твою книгу про клады, – Жорж указал взглядом и поворотом головы на Гарика.

Даже если Микола успеет отнести её на почту, то там проверят его бандероль и найдут твою книгу. И тогда все мы точно припухнем с этим кладом.

– Хорошо, – сказал Гарик, – что ты предлагаешь?